— Сэр, в этом нет необходимости. Мне следует считать, что я не удовлетворяю вашим требованиям? Если так, я не замедлю уехать.

«Но перед этим я не премину сказать ему все, что я думаю обо всём этом», — пообещала я себе.

Мои темно-серые глаза посмотрели в его ярко-голубые с отвращением.

— Мне действительно очень жаль, что произошло такое недоразумение, — черты его лица смягчились. — Это целиком моя оплошность.

— Да сэр, ваша, — согласилась я со свойственной мне откровенностью, — если вы спокойно закрываете глаза на такие незначительные мелочи, даже не удосужившись уделить им хоть сколько-нибудь внимания. Я не ошибусь, если скажу, что у вашего сына уже была учительница не так давно? Думаю, ее доля не была легкой.

— Моему сыну восемь лет, мисс Стюарт. И, боюсь, таких детей называют «умственно неполноценными». — По выражению его лица я заключила, что он ожидал, что я подскочу.

— Тогда, сэр, нужно просто быть потерпеливее, — ответила я мягко. — Я бы хотела попробовать, сэр, тогда вы примете решение, и я подчинюсь ему.

Он склонился над столом и посмотрел на меня долгим взглядом, которого я от него никак не ожидала. Казалось, в глазах его вдруг зажглась жизнь, но они тут же снова стали непроницаемыми.

— Вы ставите меня в любопытное положение, мисс Стюарт, по меньшей мере, занятное. Но, конечно же, вы правы. В первую очередь я должен думать о Пити. Пока не было учителя, жена моего брата занималась с мальчиком. Она к нему очень привязалась и не признает необходимости в профессиональном воспитателе, — он, казалось, пытался уловить реакцию у меня на лице, и во второй раз за этот день я подумала, что его опаленное солнцем лицо было слишком сдержанным для такого человека, как он. Невозможно было определить горечь ли, боль или несчастья наложили суровый отпечаток на его чувственные губы.

— Но ведь вы должны принять решение, не так ли? — спросила я спокойно. — Пити ваш сын.

На минуту по его нахмуренному лицу пробежало веселое выражение.

— Я, возможно, пожалею об этом, я почти в этом уверен, но я нанимаю вас. Жалование вам будут платить ежемесячно, если вас это устраивает.

Я заверила его, что это меня устраивает, и ушла, чувствуя себя намного легче, чем перед ужином. Моей первой мыслью было найти Пити и уложить его спать. Но, как я обнаружила, Коррин уже обо всем позаботилась, и мне оставалось только пожелать всем спокойной ночи.

Я забежала на кухню за свечой, где была захвачена Клэппи и Полли, и только через полчаса смогла освободиться. Библиотека не была освещена, и я решила взять книжку — почитать перед сном. Я открыла дверь и увидела свечу на столе и Джона Дьюхаута, который уронил голову на скрещенные руки и спал. Я на цыпочках повернулась и хотела было удрать, но он проснулся.