— Мне пора, дети. Сегодня собрание в церкви, у них выборы.

— Удачи! — крикнула я ей вслед.

— Я так рада, что вы остаетесь у нас, — Полли повесила полотенце и присела. — Эта мисс Монтьюнто — к ней не так-то просто было привыкнуть. Она с собой все время таскала старого серого кота. От этого кота Клэппи готова была просто на стену лезть. Я была так рада, когда она, наконец, уехала. Мы с Клэппи решили, что бедная женщина стала слаба головкой.

— С чего ты это взяла, Полли?

— Вот слушайте: она в последнюю неделю ела только в своей комнате — говорила, что плохо себя чувствует. Однако у нее хватало сил гулять и уходить далеко от дома каждый день — значит, скажу я вам, бедняжка была не так уж и больна. И выглядеть она стала как-то по-другому, как будто плохие новости получила — только вот я-то знаю, что она не получала никаких писем. А потом, через день после того, как ее кот исчез — маленький мерзавец просто взял и сбежал — она тоже собралась, да и уехала. Наверное, вернулась в эту свою Пенсильванию.

— Ну, у меня нет пока желания возвращаться в Нью-Йорк, я собираюсь остаться здесь. Только вот не знаю, надолго ли. Мистер Джон полагает, что мне нужен немалый возраст и достаточное количество морщин, чтобы работать здесь.

— Мисс, поверьте мне, он передумает. Потому что знает, что иначе он потеряет хорошего человека. Л вы очень хороши для этого дома, это уж точно, — она поднялась, подошла к серванту и достала колоду игральных карт. — Миссис Беатрис научила меня, — хихикнула она, осторожно сдавая.

Мы долго играли. Я старалась, но безуспешно — обнаружилось, что я не имею способностей к карточным играм. Но, но крайней мере, мы убили время, и скоро вернулась Клэппи.

— Ну, как? — хором спросили мы с Полли.

— Да ну! Кому нужны эти выборы? Заняться мне больше было нечем, — Клэппи сияла шляпку, и ее глаза засветились удовольствием. — Мистер Джон купил мне эту шляпку два года назад, да храни его Господь. А потом эта чертова кошка, которая здесь все время ошивалась, сжевала вуаль. Так вот взяла бы да и удавила ее собственными руками, если б только смогла поймать. Она, пыхтя, села и подключилась к нашей игре. — Надеюсь, мисс Стюарт, — она похлопала меня по руке, — вы надолго у нас останетесь.

— Зовите меня Гэби.

— Гэби? — казалось, она призадумалась, примеряясь к новому имени. — Гэби. Ну да, я говорю — храни его Господь. Я бы все сделала для этого человека. И почему теперь ни за что не скажешь, что хозяева — близнецы? Бэлла, которая до меня была здесь кухаркой, сама их воспитала. Она уже вот пять лет как умерла. Так вот, она говорила, что ни в том, ни в другом не было ни капли злости, пока мистер Джон не женился. Тогда все изменилось.