— Да, — ответил он, и его тон смягчился. — Но это личное дело.

Он ушел, а мне хотелось крикнуть, чтобы он остался. Я чувствовала себя совершенно брошенной. Коррин тихонько уселась; мне хотелось, чтобы она ушла. Люди в этом доме уже достаточно причинили мне зла.

Голова раскалывалась, мой мозг пытался ухватиться за спасительную нить сна, но даже сон, как назло, не приходил. Наконец, я задремала, не помню как.

Утром пришла Полли и принесла сваренные всмятку яйца, бекон и чай; все это соблазняюще пахло.

— Вам лучше, мисс? — даже она вела себя со мной как-то натянуто.

Я сказала «да», и поблагодарила ее за поднос.

— Вы действительно собираетесь уезжать, мисс?

Я как раз подтверждала это, когда вошла Коррин. Полли кивнула и ушла в холл.

Она не села, а начала ходить взад и вперед по комнате.

— Не переживайте, Гэби, — попыталась она меня успокоить. — Вы почувствуете себя гораздо лучше, когда уедете. И будете рады этому. Если бы все обстояло по-другому, я бы с удовольствием поехала с вами, но… — она улыбнулась. — Эмиль выяснил насчет пароходов. Через два дня один отбывает. Конечно, если доктор Брауни подтвердит, что вы уже достаточно поправились. Джон, конечно, ничего больше от вас не ждет… — на секунду в ее голосе промелькнул гнев.

— Тогда доктор Брауни скажет, что я еще не понравилась. У меня есть еще несколько дел, — сила моего голоса поразила меня саму.

Она странно на меня посмотрела.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что приняла решение — вот и все.

— Не надо менять планы, — ее темно-зеленое платье зашуршало, когда она взялась рукой за спинку кровати. — Сделали вы это или нет — кому какое до этого дело теперь? — она глубоко вздохнула. — Видит бог, было бы лучше для всех, если бы бедняжка Пити умер… Я знаю, это звучит ужасно жестоко. Гэби, вы не смотрите правде в глаза! Я как друг не советую вам оставаться. Джон настаивает, чтобы вы уехали, а он сейчас в таком гневе, что его практически невозможно успокоить.

Я повернула голову и дотянулась до ее руки.

— Вы были мне замечательным другом, Коррин. Я никогда вас не забуду. Но, как вы сказали, иногда нужно смотреть правде в глаза. Она неприятна, вот почему я не хотела ее замечать. Но больше так продолжаться не может.

Раздался стук в дверь, и мы обе повернулись. На пороге стоял Джон в коричневом прогулочном костюме; он явно только что вошел. Его черные волосы были растрепаны и падали на лоб. Коррин убрала руку с кровати и улыбнулась ему, как бы пытаясь сгладить всю грубость, с которой он мог на меня накинуться.

— Я зайду попозже, мисс Гэби.