– Я сперва не знала, что это за дом, но затем Шарлин упомянула, что прежде там жила Бритт. Им нужна помощь в саду и подготовка к новому сезону. Хотят научиться и потом все делать самостоятельно. Они… Тебе совсем неинтересно?

– Не особо. Ты поэтому и приготовила макароны с сыром?

– Потому что вдохновилась спором Роя и Холли, – напомнила Дарби. – И потому что это самое вкусное блюдо на свете. Я должна была сказать тебе, даже зная, что вызову дурные воспоминания.

– Решила скрасить новости вкусной едой?

Дарби не понравился его тон: в нем слышалось раздражение.

– Я не хотела ничего скрашивать, Зейн! Просто решила сделать что-нибудь хорошее, чтобы ты не сильно расстраивался. А ты бесишься!

– Что меня бесит, Дарби, так это долгие хождения на цыпочках. Нужно было прямо сказать: «У меня клиент, который живет в твоем старом доме».

Дарби застыла, понемногу и сама закипая.

– Я не планировала задеть твое мужское эго! И на цыпочках ходила не просто так, а потому что чувствовала себя виноватой. Боялась ненароком тебя обидеть!

– Не обидела, но вот мужское эго задела. Я бы не вернулся в Лейквью, если бы не смог здесь жить. Мое эго прекрасно сознает, что в том доме есть жильцы. Приди хозяева ко мне на консультацию, я бы стал с ними работать. Почему нет?

Дарби помедлила, однако все-таки сказала это вслух:

– Трейси Дрейпер.

В Зейна словно ткнули булавкой, выпуская воздух. Помолчав, он заговорил:

– Да, ты права, с ней я повел себя как дурак, значит, мог и сейчас сглупить…

– Ты в тот день вымыл вместо меня посуду, а я приготовила тебе макароны с сыром. Я не против скандалов, только, по-моему, глупо ссориться с человеком, который не хочет лишний раз задевать твои чувства.

– Мы не ссоримся.

Под ее долгим пристальным взглядом Зейн выдохнул.

– Мы просто спорим. И, кажется, пришли к консенсусу.

Дарби усмехнулась.

– Юрист до мозга костей.