Он выбежал из комнаты. Она – вслед за ним.

– Погоди. Послушай. Я знаю, ты злишься. Я тоже. Но вдруг он не один? У него ружье, в конце концов. Зейн! Что, если тебя просто выманивают на улицу!

Как бы ни было ей противно, она прибегла к единственному оружию, которое безотказно действовало на мужчин.

– Пожалуйста, не бросай меня одну…

Зейн замер.

– Черт возьми, Дарби. На «Порше» я в два счета его догоню. Спрячься в кладовке и дождись полицию.

Ей было неприятно так делать, однако, решив, что гордость потерпит и жизнь Зейна дороже, Дарби вцепилась в него, умоляя:

– Не бросай меня.

– Ладно. Хорошо… – Стоя на лестничной площадке, он обнял ее. – Хорошо, солнышко. Я здесь. Все хорошо.

С облегчением выдохнув, она ухватилась за него с новой силой.

– Это наверняка был Клинт Дрейпер. Зейн, он никуда не денется.

– Да, конечно. Слушай. Я никуда не ухожу. Бери собаку, иди в соседнюю комнату. К окнам не подходи. Я дождусь внизу полицию.

– Давай мы все спустимся. Господи, у тебя кровь!

– Просто наступил на стекляшку.

– В ванную! – велела Дарби. – Сперва перевяжем рану, а там и Ли с Сайласом подъедут.

У нее появилась конкретная цель, занятие, на котором можно было сосредоточиться, поэтому руки не дрожали, пока она осматривала ранку – более глубокую, чем хотелось бы, но не такую уж страшную.

– Он не пытался залезть в дом.

– Знал о сигнализации. О ней все знают. Наверное, сглупил и не подумал, что, разбив окно, тоже поднимет тревогу.

Зод снова зарычал, и через пару секунд раздались сирены.

– Едут. Милая… ты раздета.