Думал, папа озверел из-за денег и запретил вам со мной связываться. Я был уверен, что Эва все растрепала и я перестал существовать для него, для всех вас. Но мне не с кем было поговорить! Некого спросить. Пытался звонить тебе, когда прошло несколько месяцев, но ты отключил телефон. А с остальными связываться я боялся, — Райан еще качал головой, пытаясь переварить увиденное и услышанное. — Я уже начал привыкать, что придется жить одному, — продолжал Адам. — И вдруг в ноябре прошлого года в Париже столкнулся с Клио. Я думал, она приехала за мной. Но она рассказала мне про маму и при этом была в бешенстве. Она что, не знает? Райан! Разве Клио не знает, что мы сделали? И почему?

Райану хотелось умереть. Он смотрел в пол. Адам жив. Все как он себе и представлял. Трагический бред. Вот поэтому люди и принимают наркотики. Эта… реальность херова. Боль. Невыносимо.

— Никто ничего не знает, — прошептал он.

— Что?

Адам прижал руку ко рту, словно его затошнило.

— Никто не знает. Когда умерла мама, я был на реабилитации. И я… мне было стыдно все рассказывать, когда меня отпустили, — из глаз у Райана полились слезы. — Месяца через полтора после твоего исчезновения босс Аарона сказал мне, что они тебя нашли, что с тобой разобрались. Сказал, что они убили тебя, Адам. Прошло уже шесть недель, а он все знал. Ты не выходил на связь, и я решил, что все так и есть.

— Он сказал, что меня убили?

Райан угрюмо кивнул.

— Он сказал, и я поверил. А как не поверить? Я знал: они опаснее, чем тебе казалось. Ты бы не стал на них стучать, если бы понимал, на что они способны. И вот я решил, что ты мертв и это моя вина. А дальше все покатилось по наклонной. Папа к тому времени уже выкинул меня из дома. Потом у меня была передозировка. Случайно или намеренно… даже не помню, что со мной тогда происходило. Немного подсушился, но все равно не мог никому ничего рассказать. Думал, они никогда меня не простят. Это он внушил мне, Ааронов босс. Потом умерла мама. А я… опять передозировка.

Адам потер лоб, сокрушенный, не веря своим ушам.

— Адам, это я виноват, — признался Райан. — Мне казалось, пусть лучше они думают, что ты сбежал, чем узнают, что ты мертв — и все из-за меня. Да, я просто трусливое дерьмо.

Адам положил руки на затылок и глубоко вдохнул.

— Пожалуйста, прости, — сказал Райан.

Адам покачал головой.

— Тебя не за что прощать. Это я сделал.

— Нет, — сказал Райан.

— Да, — возразил Адам. — Нельзя было оставлять тебя одного разбираться со всем этим. Я понимал, что ты не справишься, но пришлось исчезнуть. Пока Эва не рассказала всем, что я гей. И все же я не понимаю, почему ты сейчас здесь. Что ты делаешь в Италии?