— Микграт, — Роб улыбнулся. — Не могу поверить, что ты еще на месте, толстый ты раздолбай. Хотя нет, могу. Патрульная служба уже не для тебя.

— Ирландец херов, да ты на десять фунтов жирнее меня, если не больше.

Американец хохотнул — низкий сиплый смех, хорошо памятный Робу по приездам Микграта к родне в Вексфорд.

— Стало быть, получил мое письмо, ирландец? — сказал Микграт. — Или это звонок вежливости, потому что тебе нехер делать у себя там, в деревенском захолустье?

— Ага, письмо получил, — сказал Роб. — Спасибо огромное. Ни хера там нет.

— Всегда пожалуйста.

Оба засмеялись.

— Не получилось ничего наскрести, — объяснил Микграт. — Твоя девушка жила без документов.

— Как и твоя бабка, — сказал Роб.

— И снова иди на хер.

Роб улыбнулся.

— Это официальная информация, — продолжил он. — А что ты накопал неофициально, чего нельзя написать по почте?

Молчание на линии. Потом:

— А ты такой весь из себя проницательный, да? Но ты ж знаешь, ни в чем нельзя быть уверенным.

— Все равно расскажи. Когда это факты мешали нам кого-то подозревать?

— Ну я показал фото, которое ты послал, нескольким своим коллегам, и один из них ее узнал.

— Откуда?

— Не говорит. Ее никогда ни с чем не брали, но если он ее узнал… ну… он не самый приятный парень. И не самый правильный, если ты понимаешь, о чем я. Не прочь закрыть глаза на некоторые вещи.

— Понял, — у Роба похолодело внутри.

— Ага. Похоже, малютке Клио здесь пришлось не сладко. А зачем она тебе сдалась вообще-то?