Только сейчас Ираль обернулся к ней и увидел смесь брезгливости и ужаса на лице девушки, усмехнулся – кажется, с таким же лицом она смотрела на него в его первый ужин на «Фокусе», когда донимала вопросами.

– Так что ты хотела спросить? – он отставил колбу с червяками с подноса, спустил блюда на пол и устроился тут же, на ковре. Пригласил Наталью жестом последовать его примеру.

Девушка окинула взглядом блюда – нечто, напоминавшее мясо курицы, только кобальтово-синего цвета, местные овощи – их она уже пробовала вчера, запеченный «картофель» (во всяком случае очень напоминал его, только был мелким, как перепелиные яйца), что-то, напоминавшее морковь по-корейски, такое же мелко нашинкованное, острое и ярко-оранжевое. Подумав и предварительно понюхав корочку, отправила в рот «картофель».

– Вкусно, – с удивлением отметила.

– Я обменял небольшую часть провианта с пришвартовавшегося к Клирику-1 земному судну, – Ираль усмехнулся: – Так что можешь не опасаться, это пригодная для тебя пища.

Наталья устроилась удобнее.

– Слушай, расскажи мне об отце. Он умер недавно?

– Я был почти ребенком, – Ираль помрачнел.

– Ты его хорошо помнишь?

– Да, конечно. Очень сильный, опытный политик. Он сплотил Клирик после войны, собрал по частям протектораты, объединил провинции. Установил экономические связи с соседями, не входящими в состав Единой галактики.

– У него были враги?

Ираль нахмурился:

– У всех есть враги. Если ты делаешь хоть что-то в этой жизни, то кому-то это не будет нравиться. А это означает, что враги неизбежны.

– Я помню, ты говорил когда-то, что твой отец служил вместе с Граццем? Как это возможно? И из-за этого Грацц стал регентом?

Ираль кивнул:

– В основном – да. Ирганы – древний род. Но не царский. Предки Грацца были казначеями, лекарями при Академии. Один был секретарем Совета Родов. Участие Грацца в переговорах с Коклурном сильно возвысило его. Он оказался почти равен царю. Поэтому после смерти отца, учитывая, что я еще не достиг возраста принятия решения, его назначили моим патроном и учителем.

Наталья кивнула, тайком взглянула на цифры, записанные на креонике.

– А почему ты сбежал в Академию?

– Хотел быть похожим на отца. Он прекрасно пилотировал. Он совсем мальчишкой напросился на войну, был младшим пилотом на крейсере… Впрочем, я рассказывал тебе об этом. Стоит ли повторяться? Более того, он и обратил внимание, что можно преодолеть торсионные поля, передвигаясь внутри войда. Он снаряжал научную экспедицию, кстати, и вычислил закономерности, связанные с размером войда, плотностью потока и градусом смещения. Я, уже будучи курсантом, Академии, более плотно этим занялся и применил ряд его гипотез на практике.