Перед гаражом стояли две машины, одна – ослепительно новая, взятая напрокат. На крылечко вышла молодая женщина в закатанных до колен джинсах и поставила на землю черный пластиковый пакет с мусором.

– Это моя дочь Йенни приехала, – объяснил Трюггве, когда вышел их встретить. Сдержанно поздоровался, глядя на них с подозрением. – Из Австралии. Вы и с ней собираетесь ругаться?

– Я только хотела попросить вас посмотреть несколько фотографий, – сказала Эйра.

– Когда же, наконец, это закончится?

Эйра щелкнула по первому снимку и поднесла мобильный к его носу.

– Мог ли этот человек быть тем, кого вы видели на реке в тот вечер, когда Лина Ставред пропала?

Трюггве похлопал по карманам и, извинившись, вернулся обратно в дом за очками. Молодая женщина захлопнула крышку мусорного бака и пошла к ним, но остановилась на почтенном расстоянии. Она выглядела моложе своих двадцати семи лет.

– Что вам нужно? – спросила она и, сунув руки в карманы джинсов, с упрямым видом расправила плечи.

– Мы здесь совсем по другому делу.

– Вот как.

Йенни осталась стоять, словно ждала, что они спросят ее о чем-нибудь еще.

– Должно быть, это стало для вас шоком, – сочувственно проговорила Эйра и сама услышала, как плоско это звучит. Что может сказать человек, чья мать арестована за убийство? И который только что узнал, что его собственный отец совсем не тот, за кого себя выдает?

– Я здесь по делам, – отрезала Йенни, – когда уезжала, взяла с собой только один рюкзак. Подумала, что, возможно, здесь осталось что-нибудь, связанное с моим детством, что мне захочется сохранить, пока отец не продал, но что это может быть? Разве что воспоминания. Да только о чем?

– Он собирается продавать дом?

– По мне, так пусть поступает, как хочет, – девушка бросила взгляд в сторону дома, откуда снова появился ее отец, с очками в руках.

– Снаружи выглядит красиво, верно? – спросила Йенни. – Господи, сколько же сил они вложили в этот сад и дом, чтобы все было идеально.

Эйра хотела что-нибудь еще у нее спросить, но они приехали не за этим. Она больше не расследовала убийство Свена Хагстрёма. А потому пусть хоть что-то останется невыясненным. У них на руках было признание, орудие убийства и мотив. Улики против Мейан выглядели вполне надежными, и у полиции больше не было причин копаться дальше в ее психике и биографии. Теперь пускай этим занимается адвокат, если он вместе со своей подзащитной решит ссылаться на подобные вещи. А дальше все должен определить суд.

Когда Нюдален подошел к ним, Йенни повернулась и зашагала прочь, по дороге пнув футбольный мяч, который приземлился на ухоженную клумбу. Когда они проходили мимо веранды, она смотрела в сторону.