Эмили не знала, верить ли ему, но предпочла принять его слова за чистую монету.

– Да, я как раз хотела, чтобы тебя отстранили.

– Ты же не выйдешь за Блейка, правда? – Сыр выглядел обеспокоенным. – Эм, он худший из всех.

Она чуть не рассмеялась.

– Почему ты так говоришь?

– Он коварный. Это не Нардо – тот просто злобный. И не Клэй – ему просто скучно. Если Блейк считает тебя своим врагом, он всерьез считает тебя своим врагом.

Эмили почувствовала, что начинает расти ее собственное беспокойство.

– Блейк тебе ничего не сделал?

Сыр покачал головой, но она ему не поверила.

– Знаешь, ты можешь кое-что сделать для меня, если хочешь. Я знаю, что не имею права просить, но…

– Что такое? – Эмили не могла припомнить, чтобы он хоть когда-то о чем-то просил.

– Я больше не хочу, чтобы ты называла меня Сыром. – Он заметил выражение ее лица. – Когда ты так говоришь, это ничего, но все остальные тоже это говорят, так что…

– Хорошо, Джек. – Это имя звучало забавно. Она знала его с тех пор, как он съел один из ее мелков в детском саду. – Приятно познакомиться, Джек.

Он не улыбнулся.

– Ты не одна, Эм. Я рядом. Твои родители, наверное, в бешенстве, но это пройдет. А люди в школе, ну, они же просто отбросы. Какое тебе дело до того, что они говорят? В это время в следующем году мы вырвемся из этого сумасшедшего дома, верно? Так какая разница?

Эмили пришлось сглотнуть, прежде чем спросить:

– Скажи мне, что они говорят.

– Что ты грязная, грязная девчонка, – раздался голос Нардо.

Они оба вздрогнули от звука его язвительного голоса.

– Что вы, голубки, притаились в самом углу? – Нардо облокотился на одну из полок. – Это здесь вы зачали свое незаконное дитя любви?