Байбл кивнул, но потом спросил:

– Откуда вы знаете об этих двух смертях?

– Я состою в сообществе родителей и родственников девушек, которые попали на ферму Дина Векслера. У нас был сайт, но нас заставили его снести. Наша страница на Фейсбуке постоянно подвергается атакам. Они нашли нас даже в даркнете. Нас всех знают поименно, всем приходили угрозы. Каждое пенни, которое получает это проклятое место, тратится на защиту Дина Векслера.

Боль Мелоди была почти осязаема, и Андреа снова почувствовала себя беспомощной.

– А что насчет Нардо?

– Он всегда был всего лишь больным оппортунистом. Дин Векслер – настоящий Чарльз Мэнсон этого места. – Мелоди накрыла кастрюлю крышкой. – Если есть на свете справедливость, он умрет жуткой мучительной смертью.

– Жизнь обычно заставляет тебя платить за то, какой ты человек, – сказал Байбл. – А можно ли узнать имена девушек, которым удалось вырваться? Может, они захотят…

– Ни единого шанса, – отрезала Мелоди. – Мистер Байбл, я в глаза не вижу своей пенсии. Мне приходится обращаться в соцзащиту и преподавать скрипку в детском саду, потому что каждый заработанный мной цент уходит на адвокатов, которые не могут вытащить мою девочку из этого места. Я думаю, любая девушка, которая нашла в себе силы и смелость выбраться из лап Дина Векслера, заслуживает, чтобы ее оставили в покое.

– Я вас услышал. Ваша позиция мне ясна, – сказал Байбл. – Но, возвращаясь к тем смертям, о которых вы говорили: почему никто не рассказал их истории прессе?

– Вы имеете в виду «Нью-Йорк Таймс»? «Вашингтон Пост»? «Балтимор Сан»? – она с горечью усмехнулась. – Долгое добровольное голодание выглядит не очень сексуально по сравнению с мировой пандемией, безумными теориями заговора вокруг выборов, социальными волнениями по всему миру и массовыми убийствами раз в неделю. Те несколько репортеров, которые мне ответили, сказали мне подождать.

– Понимаю, – сказал он.

– Мистер Байбл, простите, но я не думаю, что вы понимаете. Ожидание – это как раз то, что скоро убьет мою дочь. – Мелоди уперла руки в бедра. – Когда Стар только погрузилась во все это безумие, я сходила к специалисту по пищевым расстройствам, чтобы он сказал мне, чего ожидать. Моя мать была медсестрой. Мне нужно было понять научную сторону процесса. У анорексии самый большой уровень смертности среди всех психических расстройств. Обычно просто сдает сердце. В организме не хватает магния и кальция, чтобы создавать достаточно электроэнергии для нормального сердцебиения.