– О, смотри, мама с папой пришли.

Лора вцепилась в книгу, которую держала в руках.

Гордон откашлялся.

Майк нацепил свою дурацкую улыбку и вошел внутрь.

– Как у тебя здесь мило, Энди. Разумеется, я тут первый раз и понятия не имею, где спальня.

У Лоры раздулись ноздри.

Гордон снова откашлялся.

Андреа схватила бутылку вина. Она не выдержит это без алкоголя.

Ее крошечная кухня находилась рядом с гостиной и примыкала к еще более крошечной спальне. Ванная комната была настолько тесной, что дверь царапала унитаз. В квартире было ровно три окна. То, что над кухонной раковиной, было продолговатым и узким и предлагало прекрасный обзор на обувь проходящих по тротуару людей.

Андреа определенно нравилось это место.

Она стала искать винные бокалы, но быстро сдалась. Она не успела ничего распаковать до того, как родители приехали ей помочь, во многом потому, что знала, что они приедут ей помочь. Она нашла два обычных стакана, банку из-под желе и кофейную кружку в коробке с надписью «Хлам».

Андреа открыла кран в раковине, взялась за губку и выдавила на нее средство для мытья посуды. Тарелки со вчерашнего ужина были заляпаны соусом. В ее голове невольно вспыхнуло воспоминание о том, как Нардо Фонтейн убрал руку от своей шеи. Кровь брызнула прямо на Стар. Девушка не кричала. Она даже не попыталась стереть кровь с лица. Она сидела на стуле, сцепив руки на стойке, и смотрела на белую плиточную стену перед собой, ожидая, что кто-нибудь скажет, что ей делать.

Андреа закрыла глаза. Сделала глубокий вдох.

Такое иногда происходило. Травма возвращалась. Вспышки насилия, вспышки боли. Вместо того чтобы бороться с ними, перекраивать из-за них свою жизнь, Андреа научилась мириться с ними. Эти воспоминания теперь были ее частью, такой же, как и момент триумфа, который она испытала, когда добилась от Рики Фонтейн полного признания.

Андреа прислушалась к тому, что происходило в другой комнате. Стоило ей уйти, и накал страстей спал. Она слышала, как Лора отчитывает Майка, а Гордон смеется над ними обоими. Андреа достала из заднего кармана айфон. На айклауде сохранились сделанные тайком фотографии подросткового коллажа Джудит. Оригинал был уничтожен пожаром. У Андреа осталось единственное доказательство того, что он когда-то существовал.

Она пролистала подписи на сборнике Мелоди. Ободряющие фразы, которые, как она узнала позже, были взять из ее писем. Снимки УЗИ с маленькой Джудит, расходящиеся веером из центра композиции. Фото Эмили, на которых она играла, смеялась и делала что угодно, но только не умирала.