Уже в прихожей было видно, что квартира относится к разряду роскошных. Пол переливался какой-то невероятно красочной плиткой, стены изобиловали фресками, зеркалами и картинами, на которых угадывался и сам хозяин, а по потолку извивалась слишком уж вычурная лепка. Однако данный интерьер соответствовал, скорее, какому-либо музею, нежели жилому помещению.

— В кабинет не приглашаю, — предупредил Разумов. — Там шумно, потому как распечатывается книга. Хоть убей, не люблю читать с экрана. Поэтому прошу на кухню.

Митин шагнул за хозяином, сжимая в руке шприц с «Тополем». Как только он решился, тот обернулся:

— Ну-с, молодой человек, присаживайтесь, доставайте из кейса бумаги и рассказывайте.

Алексей левой рукой поставил чемодан на стол, но получилось как-то неловко, и тот упал плашмя. То ли в силу огромного веса «Вурдалака», то ли материала, из которого был сделана столешница, получился невообразимый грохот.

— Что такое?! — возмутился хозяин. — Что у вас там? Похоже, не бумажные, а металлические листы?… Погодите, погодите…

Разумов подошел и внимательно начал осматривать чемоданчик. Затем вял его за ручку и приподнял.

— Кто вы?! — воскликнул он. — Это же…

— «Вурдалак», Юрий Михайлович. А я — Сапфир. Седьмой Сапфир. Помните такого?

— Что тебе от меня нужно? — Разумов выхватил из кармана приличного размера телефон и чиркнул по экрану. — Алло…

Алексей, изловчившись, выбил айфон у него из рук, а затем вогнал в бедро жертвы содержимое шприца.

— Что творишь, скотина? Ты за это ответишь! — последняя фраза была произнесена уже шепотом.

— Нет, Юрий Михайлович, это ты ответишь за мои страдания и мучительные убийства моих товарищей. Ты их еще не забыл? Одиннадцать невинно загубленных юных душ! Да, еще и своего помощника Самохвалова вспомни…

— Это не я… это они… мы выполняли приказ. Чижевский больше всех виноват, — шипел, корчась, Разумов. — Ты же вот живой — здоровый… пощади…

— Я здоров? Я болен, как никто другой, благодаря тебе и твоим соратникам. Вы сделали меня изгоем в человеческом обществе. Я не человек! Можешь в этом убедиться.

Алексей открыл кухонный кран и подставил под него руку. Там, где лилась вода, плоть исчезла. Он зачерпнул ладонями воду и плеснул себе на лицо. Вначале в центре образовалась прозрачное пятно, затем серые потеки скатились вниз, и через некоторое время все вернулось в исходное состояние. Разумов заворожено смотрел снизу на представленные чудеса, а затем залепетал:

— Невероятно! Неужели это свершилось? А я, дурак, не верил. Послушай, парень, ты совершенно не понимаешь своего счастья. Ты действительно не человек. Ты — сверхчеловек. Тебе нужно просто научиться пользоваться своими преимуществами. Я тебя научу. Только не убивай меня…