– Нет. Мне, Сосиска, чтобы с ней свидеться, пить не нужно. Теперь я ее вижу ясно как день. Мы ладим, как ладили в молодости. Тогда я был не то что сейчас. Я скучаю по выпивке. Но мне нравится быть с женой. Мы больше не ссоримся. Беседуем, как в старые деньки.

– И о чем беседуете?

– Большей частью о Пяти Концах. Хетти любит эту старую церковь, Сосиска. Хочет, чтобы она прирастала. Сыздавна хотела, чтобы я прополол сад за церковью и растил там луноцвет. Я женился на хорошей женщине, Сосиска. Но оступился в жизни.

– Что ж, это уже позади, – сказал я. – Ты уже очистился.

– Не, – ответил он. – Я не очистился. Господь может и не даровать мне искупление, Сосиска. Я не в силах бросить пить. Я еще не взял в рот ни капли, но пить хочу. И буду.

И тут он достал из кармана бутылку «Кинг-Конга». Хорошего. Производства Руфуса.

Я ему:

– Ты же сам этого не хочешь, Пиджачок.

– Хочу. И буду. Но я скажу тебе так, Сосиска. Хетти была очень рада, когда я занялся садом за церковью. Она всегда об этом мечтала. Не для себя. Она мечтала о луноцвете и большом саду за церковью с разными травами и всем прочим не для себя – а для меня. И когда я условился с церковью, я сказал жене: «Хетти, скоро будет луноцвет».

Но она, вместо того чтобы обрадоваться, пригорюнилась и ответила: «Я тебе кое-что скажу, дорогой, чего говорить не стоило бы. Когда ты закончишь с садом, больше ты меня не увидишь».