Ду заметил, что картон слегка погнут, и его сердце сжалось. Скорее всего, из него Хан делал подзорную трубу, а одну сторону закрасил, чтобы бумага не отражала свет. Почему он не избавился от улики? Немного подумав, Ду понял: Хану нужно было каким-то образом описать план тюрьмы и схему сетей. Карта, очевидно, скрыта среди символов и цифр на обратной стороне листа.

Да, поэтому Хан и спрятал лист под матрасом. Сейчас же он бойко объяснил Пину:

– Я использовал бумагу, чтобы точить карандаш в мастерской. А на другой стороне делал записи, готовясь к занятию с сыном начальника Чжана.

Пин закатил глаза.

– А зачем ты принес его в камеру?

– Хотел еще раз взглянуть на уравнения, когда будет время, – Хан пожал плечами.

Пин продолжал вертеть картон в руках. Он чувствовал подвох, но не мог понять, в чем дело.

– Сюда ничего нельзя приносить из мастерской. Я отдам лист охранникам. И, раз тебе не нужны очки для чтения, их я тоже отдам.

– Братец Пин… – взмолился Хан, – зачем ты так…

– Как это зачем? Я избавляюсь от ненужных вещей, чтобы не нарушать тюремные правила.

Хан повернулся и бросил на Ду умоляющий взгляд. После короткой паузы тот сказал:

– Брат Пин, лучше оставить все здесь. Эти вещи нам пригодятся.

Он надеялся отвлечь Пина, чтобы тот выпустил лист с картой из рук. Тогда можно будет продумать дальнейшие действия.

– Как они нам пригодятся? – спросил Пин. – Расскажи-ка.

Ду наморщил лоб и взглянул на дверь.

– Не сейчас. Поговорим после того, как закончится обход.

Охранники, проводившие перекличку, как раз достигли четвертого этажа. Пин раскусил Ду мгновенно.

– Дело явно нечисто… Я не намерен вас покрывать. Шань, позови охрану!

Он не хотел упускать преимущество, пусть даже не понимая, в чем оно состоит. Шань бросился к двери и окликнул охранника.

– Что случилось? – крикнул тот с другого конца коридора.