Сокамерники сели и принялись рвать простыни на полосы. Первый шаг – изготовление веревок.

Тюремные простыни делались из тонкого материала, разорвать их было нетрудно. Меньше чем за полчаса у каждого было по веревке семи-восьми метров длиной из пяти полос ткани.

Затем все четверо обмотались веревками, чтобы беспрепятственно пройти через вентиляционную шахту. Первым в туалет направился Хан, за ним Пин. Шань и Ду, стараясь не шуметь, принесли стол. Хан и Ду взобрались на него и вместе отодвинули деревянную решетку. Хан вытянул вверх обе руки, и товарищи помогли ему забраться в шахту.

Они заранее обсудили порядок и решили, что Хан должен идти первым, так как он лучше всех знаком с планировкой. Ду, который мог забраться в шахту без посторонней помощи, шел последним. Пин и Шань нырнули за Ханом. Как только остальные оказались внутри, Ду в последний раз оглядел камеру, а затем бесшумно и ловко, как обезьяна, влез в шахту.

Чтобы обеспечить циркуляцию воздуха в большом здании, вентиляционные шахты были довольно велики. И все равно взрослый мужчина мог передвигаться по ним только медленно, как змея.

Четверо беглецов извивались, пытаясь приглушить металлический скрежет. Сеть шахт пронизывала все здание и соединяла все камеры. Даже ветер и дождь на улице не могли полностью скрыть звуки.

Путешествие вышло непростым. К счастью, камера 424 находилась недалеко от лестничной клетки, и нужная им вертикальная шахта была рядом. После поворота стало больше пространства, и в лица беглецов ударила струя воздуха. Хан предупреждал, что так будет в главной шахте, а значит, ползти осталось недолго.

И действительно, скоро впереди они увидели слабый лунный свет, указывающий на выход. Хан высунул голову и увидел вертикальный туннель примерно в метр шириной, уходящий вниз темной пустотой, а всего двумя-тремя метрами выше – ночное небо. Камера 424 находилась на верхнем этаже, и до крыши было рукой подать.

Хан осторожно выскользнул в шахту и застыл, расставив руки и ноги. Поверхности здесь были влажными и покрыты мхом. Стиснув зубы, Хан уперся локтями в скользкие стенки. Если кто-нибудь из них сорвется, то не только привлечет внимание охранников, но и может получить нешуточные травмы или даже погибнуть, пролетев четыре этажа.

– Осторожнее тут! – крикнул Хан остальным.

Меньше всего он хотел, чтобы его виртуозный план провалился из-за чьей-то невнимательности. Однако похоже, что беспокоился он напрасно – остальные трое не уступали ему в ловкости и силе.

Хан старательно карабкался вверх и вскоре достиг края шахты, где подставил лицо навстречу осеннему ветру и моросящему дождю. Несмотря на темноту и холод, он не мог не почувствовать воодушевление – вдалеке блеснул маяк свободы.