— Я слышала, что у каждого режиссера, — Жанна говорила все бойчее и увлеченнее, — есть излюбленный типаж актрисы. Именно актрисы, а не актера, потому что ведь режиссеры — почти все мужчины. И актеров они могут снимать самых разных, а на главные женские роли предпочитают брать схожие типажи. Это так?

— Отчасти так, — отвечал я. — А отчасти такое впечатление — от того, что многие режиссеры снимают в своих фильмах своих же жен. Вот и кажется, что у режиссера имярек есть излюбленный типаж. А на самом деле у него просто есть жена-актриса — может, даже не такая уж излюбленная…

— Интересно, — хмыкнула Жанна. — А вы женаты?.. То есть извините, это не мое дело, конечно…

— Я не женат, — спокойно ответил я.

— И у вас, значит, нет предпочитаемого женского типажа?

— У меня как раз есть, — вздохнул я.

— И что это за типаж? — продолжала выпытывать Жанна.

— Этому типажу на все сто соответствовала Варвара Армагерова, — печально изрек я.

— Ах, ну да. — Жанна несколько сконфузилась или изобразила конфуз. — Я могла бы и сама догадаться… К сожалению, на Варю я тоже совсем не похожа.

— Ну почему же «к сожалению»? — машинально возразил я.

Жанна моментально вернулась в свое оживленное состояние:

— Потому что тогда, может быть, и я у вас бы снялась…

115

115

— Ладно, я, пожалуй, пойду, — сделал я следующую попытку попрощаться. Однако со стула на этот раз не встал, Жанна вновь меня удержала.

— Ну побудьте еще немного, вы же не торопитесь. — Она даже умоляюще сложила ладони.

— Не тороплюсь, — подтвердил я, опять-таки извлекая из кармана сигареты.

Теперь Жанна даже отказалась курить со мной — настолько ее занял наш разговор. Вернее будет сказать, ее монолог. Впрочем, окончательно удалившись от темы моего визита к ней, Жанна, как ни странно, сумела заставить меня быть более словоохотливым.

— Знаете, я так люблю кино, а об этом совершенно не с кем поговорить… — произнесла вдруг она, заискивающе глядя мне в глаза.