— Приношу свои извинения, капитан, уверен в вашей невиновности. Скажите мне еще раз: что эти китайские техники сделали с вашим машинным отделением?
— Они не стали трогать сами реакторы — в этом не было никакой необходимости, они просто устроили короткое замыкание в компьютерной системе управления, включилось предупреждение о «неисправности», которое в свою очередь повлекло отключение реакторов. Для того чтобы запустить их снова, понадобится команда атомных инженеров-атомщиков.
— А нельзя задать новые команды компьютеру?
— Техники испортили компьютеры и все вспомогательные системы.
— Капитан, послушайте меня внимательно, я помню вы говорили, что лайнер будет ходить в зонах повышенного экологического контроля? Например, у берегов Аляски?
— Это так.
— Тогда необходимы дополнительные двигатели…
— Да, газово-турбинные, мистер Хок, от истребителей, приспособленные для морской работы.
— На какой скорости корабль может идти с ними?
— Можно разогнаться и до тридцати узлов. Но я только что вернулся из машинного отделения — турбины тоже выведены из строя. Эти ублюдки разбили топливные насосы.
Хок впервые за долгое время улыбнулся Мариуччи.
— Тот большой парень из береговой охраны, который сторожил трап, он все еще на борту?
— Да, Тайнан. Он делал обход корабля. Увидел кучку китайских техников, работающих в реакторных. Я приказал ему присмотреть за ними.
— Я хочу, чтобы Тайнан посмотрел моторы. У нас только один шанс. Пошли!
— Алекс? — сказал Мариуччи, схватив его за руку. — Мы должны были позвонить президенту три минуты назад. Ты должен…
— Позвони ему сам, — сказал Хок, протягивая Мариуччи рацию. — Скажи, чтобы он скрестил пальцы.
2:44
2:44 2:44…Президент повернулся и посмотрел на своих коллег. Степень напряжения легко можно было вычислить, взглянув на застывшие, как приклеенные, улыбки на лицах филиппинцев, убиравших со стола посуду и коробки от пиццы. Обшитая деревянными панелями стена скользнула назад, и на ее месте появился огромный экран с картой нью-йоркского порта. Голубой значок и его красные спутники, медленно сдвигающийся к югу, обозначали «Левиафан» и буксиры.