Светлый фон

— Приношу свои извинения, капитан, уверен в вашей невиновности. Скажите мне еще раз: что эти китайские техники сделали с вашим машинным отделением?

— Они не стали трогать сами реакторы — в этом не было никакой необходимости, они просто устроили короткое замыкание в компьютерной системе управления, включилось предупреждение о «неисправности», которое в свою очередь повлекло отключение реакторов. Для того чтобы запустить их снова, понадобится команда атомных инженеров-атомщиков.

— А нельзя задать новые команды компьютеру?

— Техники испортили компьютеры и все вспомогательные системы.

— Капитан, послушайте меня внимательно, я помню вы говорили, что лайнер будет ходить в зонах повышенного экологического контроля? Например, у берегов Аляски?

— Это так.

— Тогда необходимы дополнительные двигатели…

— Да, газово-турбинные, мистер Хок, от истребителей, приспособленные для морской работы.

— На какой скорости корабль может идти с ними?

— Можно разогнаться и до тридцати узлов. Но я только что вернулся из машинного отделения — турбины тоже выведены из строя. Эти ублюдки разбили топливные насосы.

Хок впервые за долгое время улыбнулся Мариуччи.

— Тот большой парень из береговой охраны, который сторожил трап, он все еще на борту?

— Да, Тайнан. Он делал обход корабля. Увидел кучку китайских техников, работающих в реакторных. Я приказал ему присмотреть за ними.

— Я хочу, чтобы Тайнан посмотрел моторы. У нас только один шанс. Пошли!

— Алекс? — сказал Мариуччи, схватив его за руку. — Мы должны были позвонить президенту три минуты назад. Ты должен…

— Позвони ему сам, — сказал Хок, протягивая Мариуччи рацию. — Скажи, чтобы он скрестил пальцы.

2:44

2:44 2:44

…Президент повернулся и посмотрел на своих коллег. Степень напряжения легко можно было вычислить, взглянув на застывшие, как приклеенные, улыбки на лицах филиппинцев, убиравших со стола посуду и коробки от пиццы. Обшитая деревянными панелями стена скользнула назад, и на ее месте появился огромный экран с картой нью-йоркского порта. Голубой значок и его красные спутники, медленно сдвигающийся к югу, обозначали «Левиафан» и буксиры.