— То есть Шатунов ничего не подозревал?

— Разумеется. Просто у него в ведомстве Коротченко были и свои интересы. Так что Милнер, зная об этом, хотел использовать его втемную, тем самым рассчитывая посадить Коротченко на крючок. Ну, а потом, как вы уже сами догадываетесь, в нужный момент начать его шантажировать.

— Как у них все запущено! — уважительно сказал Ледников.

— Профессионалы, — согласился Градов. — Наш мистер Милнер любит длинные комбинации, сложные ходы. Он планировал с помощью Нагорного не просто собирать компромат на ряд наших ответственных товарищей, а подбрасывать им его. Рубль этот, Константиновский, и в самом деле паленый. Его действительно вывезли нацисты из Польши во время войны, и он оказался в коллекции самого рейхсмаршала Геринга. В сорок пятом его уже из Германии вывезла вместе с другими ценностями Геринга английская разведка. Милнер планировал с помощью Нагорного расставить свои сети вокруг многих наших высокопоставленных господ. Кому картину, кому бриллианты, кому документы, считавшиеся пропавшими… За всеми — какая-нибудь неприглядная история. И пока у нас нет другого способа контролировать действия Милнера — только Нагорный. А Милнер человек очень опасный и способен поставить под удар интересы страны. Понимаете, не одного дяди Коли, а всей страны… Кстати, мы же выяснили, кто убил полковника Трубича. И при задержании уголовник Граненый и два его подельника были убиты.

— Ну, понятно, его убрали, чтобы он не потянул за собой Нагорного.

— Ну, почему сразу убрали? Они оказали сопротивление при задержании, отстреливались…

— Надеюсь, перед этим у них взяли показания против Нагорного?

— Шутить изволите, — и не подумал обидеться Градов. — Вы знаете, что мне кажется? Что у вас какие-то личные счеты к нашему антиквару…

— С чего бы это?

— Ну… Согласитесь, я был с вами откровенен, Валентин Константинович?

— В рамках служебных обязанностей.

— Да нет, где-то и за рамками… Так что я надеюсь на взаимность.

— Не знаю, чем еще я могу быть вам полезен.

— Можете, еще как можете.

— Любопытно.

— Как вы понимаете, Нагорный находится сейчас под нашей плотной опекой. Нам нужно знать о нем все. Так вот, ему несколько раз звонила женщина. Говорила о каком-то портрете, который теперь находится у нее. Она хочет вернуть его Нагорному… Такое впечатление, что у них какие-то достаточно близкие отношения. Во всяком случае, она говорила, что теперь им ничто не мешает быть вместе… Валентин Константинович! Что с вами? Вы меня слушаете?

Градов смотрел на него испытующе.

— Вы знаете, что это за женщина? О каком портрете идет речь?