– Вита, это неправда, – сказала Грейс.

– Я правда думала, что ты умнее. Себя я вообще считала глупой. Я даже не знала наверняка, что для меня «плохо». А Джонатан выглядел просто великолепно. Учился в медицинской школе Гарвардского университета, скажите на милость! Собирался стать педиатром. Никогда не пил и не курил, в отличие от нас, кстати.

– Да уж, помню.

– И разговаривал всегда только о тебе. Все время – Грейси то, Грейси сё. Так что однажды я задалась вопросом: «А может, я просто завидую?» У меня ведь тогда тоже был парень, помнишь? В тот вечер он был на вечеринке.

– Джо, – ответила Грейс. – Конечно, помню.

– Так что с чего бы мне завидовать? Потом я подумала, вдруг у меня все как в фильме «Детский час»[2]? И может, мне к себе стоило бы присмотреться?

– Ой, Вита, – не удержалась от улыбки Грейс.

– Сейчас понимаю, как это глупо… Но тогда мне не терпелось понять, что же меня так раздражает. Я даже обратилась в центр психологической помощи при Тафтсе, но мне лишь сказали: «Конечно, это неприятно, когда подруга уделяет вам меньше времени». Но я-то знала, что дело не в этом. Причина – в Джонатане. От одного его вида у меня колотилось сердце, и вовсе не от радости. А я не могла разобраться, в чем же суть. Тогда не могла, – мрачно добавила она. – А теперь, кажется, смогла бы.

Теперь сердце заколотилось у Грейс. Вот они и подошли к сути. Пока что обе стояли на пороге, но стоило сделать только шаг, как откроется правда. Ее Грейс не была готова услышать. И не хотела. Она лихорадочно думала, как увести разговор от этой темы.

– Ну, – не к месту беззаботным тоном произнесла она, – задним умом всякий крепок. Век живи, век учись.

– Знаешь, – осторожно начала Вита, – я уверена, что это в равной степени верно по отношению и к твоим пациентам, и к моим. Но иногда, когда люди приходят на прием, они с ног до головы опутаны «Роковой ошибкой», которую, по их мнению, совершили. И эта ошибка привела к кризису, в котором они оказались, что бы этот кризис собой ни представлял. Я так это называю: «Роковая ошибка». Обычно это первый алкогольный или наркотический опыт. Иногда – знакомство, приведшее к отношениям. Или же следование чужому совету. И что бы ни произошло потом, все и всегда думают: «Вот если бы я не ошибся тогда, ничего бы не случилось». А я всегда сижу и думаю: «Знаете, в фильме или рассказе все так работает – но не в реальной жизни». На самом деле какое бы решение ты ни принял на распутье, итог тебя ждет все равно один. При этом ты ошибся, да, но все гораздо сложнее. В конце концов, как можно осуждать решение, в результате которого в твоей жизни появилось нечто прекрасное? Например, твой сын.