— Давай, конечно, — откликнулась Зои. — Можно зазумить. Ты что имеешь в виду?
— Давай придерживаться фактов. Что о происшедшем думаем мы? — спросил Митчелл, с трудом отрывая взгляд от ее липких пальцев.
— Мы думаем, что Джован убил Гвен, а прядь ее волос хранил в качестве сувенира у себя дома.
— А есть уверенность, что все обстояло именно так? — спросил Митчелл. — Что он не мог убить другую рыжую?
— Это по твоей части. — Зои поморщилась. — Я просто строю забавные психологические теории.
— Так. — Лонни назидательно поднял палец. — Мы точно не знаем, сколько лет этим волосам; нет и анализа ДНК, который подтверждал бы, что это волосы Гвен. Хотя это и кажется наиболее правдоподобной версией. Что у нас есть? Пропавшая рыжеволосая девушка. Серийный убийца, который ходил с ней в школу. А еще — прядь рыжих волос, найденных в его берлоге и по виду похожих на ее волосы. Лично я за версию о том, что Гвен убил Джован.
— Я тоже, — сказала Зои, наконец откусывая кусочек булки. — Хоофо, пыедпововым, фто Йоан…
— Ни одного слова не пойму, — упрекнул Митчелл. — Мама разве не учила тебя не разговаривать с набитым ртом про серийных убийц?
Бентли, жуя, подняла палец, как бы резервируя в разговоре следующую фразу. Митчелл в один глоток допил остатки американо. Последнее время он вообще налегал на кофе. И страдал от недосыпа.
Наконец Зои проглотила кусок, шумно хлебнула из кружки и сказала:
— Предположим, что Гвен действительно была убита Джованом.
— Допустим, — Митчелл кивнул. — Но насколько это интересно?
— Еще бы не интересно, — вскинулась Бентли. — Это убийство и превратило его в…
— Да, я понимаю. Но за исключением этого… Свидетелей у нас нет, улики исчезли, и даже узнав, что именно произошло, мы теперь вряд ли сможем этим воспользоваться.
— Перестань меня подначивать, — одернула Зои.
— Давай немного поговорим о втором убийстве.
— Второе… Ты имеешь в виду Изабеллу Гарсиа?
— Нет. Его жену. Он ведь и ее, наверное, прикончил?
— Не исключено.
— Как ты думаешь, между Гвен и своей женой он мог убить еще кого-нибудь?
— Даже не знаю. Может быть все, в том числе и это… — Зои задумалась. — Мы знаем, что после исчезновения его жены начали погибать все те девушки. Одна за другой. А он стал наращивать темп. Да, я думаю, все эти годы он дремал. И что он все-таки убил свою жену. Она стала его второй жертвой.
— Так нельзя, — нетерпеливо возразил Митчелл. — Нельзя выстраивать целую историю на чистой умозрительности, а потом говорить, что именно так все и было.
— Почему же?
— Это непрофессионально.
— Видимо, у тебя просто нет воображения, — сказала Зои, сердито сверкнув глазами. — Ну хорошо. Давай на минуту
— Давай, — согласился Митчелл. — Только отчего бы нам не расследовать это убийство?
— Но… — Зои помрачнела, — мы же договорились, что будем расследовать убийство Гвен. Ведь это то, что превратило его…
— Зои, я хочу тебе кое-что сказать… Только пожалуйста, не вскакивай и не хватай меня за грудки, ладно?
Она молча кивнула.
— Мне плевать на то, что и во что его превратило, понятно? Я просто хочу эту мразь поймать. На твою работу я наезжать не собираюсь. Ты потрясающая, у тебя отличное чутье, и ты, возможно, права во всем — но мы должны его остановить. А расследование убийства тридцатилетней давности этого не сделает.
— Хорошо, — помолчав, сказала Зои. — С чего думаешь начать?
— Мы ведем расследование не в том месте, — сказал Митчелл. — Нужно провести поиск в Бостоне, поговорить с людьми, которые знали его жену и его самого.
— Бернард и Ханна это уже сделали.
— Делали, но не завершили, — заметил Митчелл. — Их отозвали обратно.
Зои задумчиво слизывала с пальцев крошки. Лонни зачарованно смотрел на ее рот. Наконец Бентли откинулась назад и отерла губы, а затем пальцы салфеткой.
— Ладно, — сказала она. — Но в Бостон мы если и поедем, то не из-за того, что ты сейчас сказал. А потому, что с убийством жены в нем что-то точно тронулось. То первое убийство было просто случайностью. А вот второе породило навязчивую идею. Ту самую манию.
— Разумеется, — Митчелл улыбнулся. — Как пожелаешь.
Глава 28
Глава 28
Митчелл позвонил Мередит Джонсон, сообщившей о пропаже своей сестры Ванды, когда та исчезла два года назад. Мередит вызвалась встретиться нынче же вечером. Зои настояла, чтобы поехали на ее машине. В Гленмор-Парке они ездили на машине Митчелла, но Бостон был городом Зои, и спорить было бессмысленно. Ощущение было такое, что, если он начнет перечить, Бентли обвинит его в мужском супрематизме. И вероятно, подкрепит это психологией. Так что лучше уступить: пускай рулит.
Радио она поставила на станцию WJMN[27]. Митчелл хотел брякнуть что-нибудь снисходительное, но вовремя спохватился.
Движение было не затруднено, и Лонни понемногу проникался расслабоном. Погруженная в свои мысли Зои отстраненно улыбалась. Машину она вела легко и гладко, а за рулем смотрелась на редкость мило и мирно — совсем не так, как иной раз вперялась в человека своим орлиным взором. Губы ее были розовые и мягкие; интересно, каково это — целовать их…
— О, песня супер! — внезапно крикнула она и прибавила громкость.
— А, эта… «Это будет длиться вечно»? — попробовал блеснуть своими познаниями Митчелл.
— Называется вообще-то «Свободное место»[28], — поправила Зои.
— Ты…
— Ч-ш-ш!
— Ты серьезно? Я…
— Помолчи!
Она с ухмылкой прибавила громкость и стала покачивать головой в такт музыке, а затем еще и подпевать. Черты ее лица смягчились в слиянии с ритмичной музыкой.
Когда Зои дошла до середины припева, Митчелл расхохотался.
— Что? — игриво спросила она. — Голос не фонтан?
— Ты сейчас спела «список любовников „Старбакс“»[29], — сказал он.
— И что?
— Потрясающе.
— Слова такие.
— Нет, ты вдумайся. — Митчелл неожиданно посерьезнел. — Любовники «Старбакс».
— Да! Они… как бы это… Не любители, а именно любовники. Дешевенькие. Как кофе, который они пьют в «Старбаксе». Эдакое пристыженное удовольствие.
— Ну да.
— Ты даже не знал названия песни! — возмутилась Зои.
— Виноват. Знаешь, что? Тебе бы спеть ее в каком-нибудь караоке-баре. Перед большой толпой. У тебя здорово получается.
— Издеваешься?
— Нисколько! Ты бы эту самую строчку спела вместе с любителями «Старбакс». А капелла!
— Круто.
Оба умолкли, музыка осталась одна.
— А как тебя вообще угораздило стать копом? — нарушила тишину Зои.
— Да как… — Митчелл слегка замешкался. — У меня отец был адвокатом. Поэтому, видно, я с детства наслушался всяких душещипательных историй. О преступниках, посаженных ни за что, о произволе копов, о дрянной системе, которая никуда не годна. И когда мы с Ричардом…
— Ричард — это кто?
— Мой брат-близнец, — пояснил Митчелл. — Когда мы с ним выросли, то оба захотели всё исправить. И я стал полицейским, а он — адвокатом, как отец.
— Вы близки между собой?
— Мы с Ричардом? Да. Он тоже живет в Гленмор-Парке. А сейчас вроде как заимел на меня зуб.
— Это почему?
— Потому что пострадала Танесса.
— Ты-то здесь при чем?
— Да вот при том.
— Вы с братом — два сапога пара. Оба с прибабахом.
— Самым тупым из братьев и сестер обычно называют меня, — весело поведал Митчелл. — Ну а ты? Как попала в федералы?
— Да какой я федерал… Просто консультант Бюро.
— Какой-никакой, а при мундире. Как ты стала консультантом ФБР?
— Наверное, сериалов насмотрелась, — усмехнулась Зои. — Всегда считала, что работать на ФБР — это круто.
— А разве нет?
— Иногда. Не знаю. Мне это дело определенно нравится.
Они замолчали. О деле Митчелл предпочитал не говорить, наслаждаясь доверительностью их разговора. Не хватало, чтобы Джован Стоукс взял и все порушил.
— А почему вы расстались с Полин? — поинтересовалась Зои и быстро добавила: — Не хочешь — не говори. Просто скажи мне заткнуться.
— Да нет, всё в порядке, — Митчелл пожал плечами. — Честно говоря, без понятия. Она, видимо, уже какое-то время считала, что мы отдаляемся друг от друга.
— А что, было как-то иначе?
— Не знаю. Я собирался сделать ей предложение. Кольцо купил, всякое такое…
— Я несу чушь. Извини.
— Да ладно.
Зои положила ему на колено руку и с улыбкой сказала:
— Глупо с ее стороны.
— Правда? — растерянно спросил Митчелл, чувствуя в месте прикосновения теплое покалывание. — Может, и в самом деле… Не знаю.
Руку с колена она убрала и поместила обратно на руль. Дальше путь протекал в молчании, а Лонни ловил себя на том, что поминутно поглядывает на Зои — просто чтобы снова посмотреть.
* * *
К дому Мередит Джонсон они подъехали уже в девятом часу вечера. Вместе с остановкой машины Митчелл ощутил укол сожаления. Поездка была сладостно спокойной, даже раскрепощающей, гонка мыслей замедлилась до непринужденного темпа. А теперь, оглядывая красный кирпичный таунхаус Мередит, он ощутил, как ум снова разгоняется подобно пестрой карусели мятущихся образов и чувств. Нападение Джована Стоукса на Танессу, неспособность полиции защитить ее, вина за собственную неудачу — все это снова завертелось с суматошной скоростью. А над всем этим довлело неизбывное облако тоски по Полин.
— Ну что, идем? — спросила Зои; хмурость ее взгляда показывала, что все эти чувства отчетливо написаны у него на лице.
— Да, конечно, — сказал он, и они вышли из машины.
Мередит открыла гостям дверь и провела в маленький уютный зальчик. Место напоминало Митчеллу дом его бабушки, куда он в детстве почти ежегодно приезжал на Рождество. На вид Мередит было около пятидесяти: волосы белесые от проседи, скуластое лицо покрыто тональным кремом; тушь и помада соперничали друг с другом за главенство. При столь больших синих глазах было непонятно, зачем лицу такое разнообразие отвлекающих цветовых оттенков. Мередит села в кресло-качалку, Митчелл и Зои разместились на алой кушетке. Вначале оба пытались придвинуться к левому краю, поближе к Мередит. Но Митчелл бросил красноречивый взгляд на Зои, и та уступила, позволив ему сесть ближе.