Митчелл отправился чистить зубы. Была мысль принять душ, но не хотелось после этого снова одеваться в свою ношеную одежду, так что вместо этого Митчелл умыл лицо и чуть смочил над раковиной волосы. Ему несколько раз говорили, что его тело приятно пахнет — что ж, настала пора еще раз апробировать эту теорию.

Митчелл лег на расправленный диван, а в душ пошла Зои. Он прикрыл глаза, чувствуя измотанность и недосып, но в голове все равно колесом крутились мысли. Как всегда по вечерам, в памяти всплыл образ Полин. В сотый раз подумалось: осталась бы она с ним, если б он сделал ей предложение сразу после покупки кольца? Возможно, что и нет, но какая-то его часть упрямо верила, что именно так и случилось бы, и он постоянно пинал себя за то, что этого не сделал.

Шум воды прекратился, и в полутьме Лонни увидел закутанную в халат Зои, которая вышла из ванной. Опять знакомый запах шампуня Полин, повеявший за ней при проходе в спальню. Митчелл медленно вздохнул и попытался расслабиться в надежде, что его накроет сон.

Всплыли мысли о Джоване Стоуксе. Отыщут ли они что-нибудь завтра? Может быть, на это дело прольет новый свет любовник Ванды или ключ к разгадке таится среди ее вещей?

В сознании вновь очертился образ Танессы на больничной койке. Она храбрилась, делая вид, что ей все нипочем, а у самой в глазах читались боль и страх. Днем Митчелл злился на капитана Мэрроу за то, что тот снял с Танессы защиту, а ночью его изводило чувство вины: ведь, получается, это он был виноват в аресте не той пары, что отвлекло всеобщее внимание. И если б не Джордж и не проворство самой Танессы, она сейчас была бы мертва. И вина за это лежала бы на нем…

Дверь спальни отворилась, и в гостиную вошла Зои в синей ночнушке до середины бедер. Бесшумно ступая босыми ногами по полу, она подошла к дивану.

— Эй, — тихо сказал Митчелл.

Не отвечая, она склонилась над ним, подняла ногу и оседлала его. Слышалось ее дыхание, короткое и частое, в то время как сама она наклонилась вперед. Ее губы коснулись его и слегка приоткрылись. Митчелл приподнял голову, по-прежнему удерживая руки по бокам, и приник к ее губам, чувствуя свежий, мятный вкус; ее язык чуть дернулся вперед, навстречу с его. Она прикусила его нижнюю губу, и он понял, что затаил дыхание.

Обхватив женщину сзади за шею, Митчелл нежно притянул ее к себе, с внезапной страстью желая ощутить вкус ее рта, прикосновение языка. Другая рука поверх рубашки ласкала ей спину; пальцы легонько скользили по гладкости шелка. На уровне поясницы обнаружилось, что на Зои нет ничего, кроме рубашки, и она сидит на нем голая; это сводило с ума. Обеими руками Митчелл схватил ее за бедра, притягивая вперед; пальцы Зои вкрадчиво скользнули ему в нижнее белье…

Позже она заснула рядом; ее волосы щекотали ему ухо. Впервые за много дней Митчелл ощутил себя полностью умиротворенным. Через несколько минут он уже тоже спал.

Глава 29

Глава 29

— Вот она. — Джонас Роза, заведующий хранилищем, стоял перед синей металлической дверью — одной из дюжины совершенно одинаковых в этом ряду, хотя нет сомнения, что он каким-то образом отличал один бокс от другого.

— Не могли бы вы ее открыть? — спросил Митчелл.

Зав кивнул и завозился с упрямым замком, Митчелл взглянул на Зои, которую усилия Джонаса, казалось, зачаровывали. Или же она просто не хотела встречаться с Митчеллом взглядом.

Проснувшись, на диване он ее не застал, хотя непонятно, когда она успела его покинуть. Спал Митчелл крепко — настолько, что будильник на сотовом пищал с полминуты, прежде чем наконец проник в его сны и разбудил. Зои вышла из спальни через несколько минут, уже одетая, и с холодноватой вежливостью спросила, как ему спалось. Все утро она вела себя так, словно прошлой ночи не было; разговоры шли исключительно о делах и о том, как вернее продвигаться по наработанным линиям.

Митчелл шел у нее на поводу́, хотя его так и подмывало что-нибудь сказать по этому поводу. Только что именно? «Помнишь, как мы ночью славно побаловались?» Или «Шикарно перепихнулись. Не мешало бы в скором времени повторить». Но любая такая фраза придавала ему сходство с тормозным братом Остина Пауэрса[30].

Скорее всего, Зои решила оставить эту ночь только в их воспоминаниях. Оно и к лучшему.

— Ага, вот! — воскликнул Джонас, когда дверь подалась. — Ну, занимайтесь. Позовите меня, когда закончите. — Он повернулся и ушел, оставив их наедине с вещами Мередит.

Было бы неплохо, если б здесь хранились только вещи Ванды, предпочтительно в коробках с надписью «Улики серийного убийцы, начинать отсюда. Этой стороной вверх». Но контейнер был набит откровенным хламом. Мередит в душе была старьевщицей. Здесь стояли и лежали стопы журналов, ржавый велосипед, сумка со стеклотарой, какие-то старые ткани, сломанный стул, тент… и это лишь то, до чего дотягивались руки. Дальше было хуже. В воздухе стоял странноватый запах, будто Мередит с какого-то момента решила держать здесь еду, а потом про нее забыла.

Они начали вытаскивать коробки и извлекать из них вещи. Заметив, что дальняя стенка бокса заставлена ящиками, решили проделать среди рухляди проход к задней стенке. Через несколько минут Зои начала чихать и кашлять.

— Аллергия на пыль, — пояснила она.

— Тебе лучше держаться в стороне, — сказал Митчелл. — Давай я все сделаю.

На это Зои упрямо покачала головой, поджала губы и продолжила вытаскивать наружу барахло. Однако ей становилось все хуже, и постепенно в ней начало проглядывать сходство с чихающей шарманкой. Наконец Зои вышла и с разочарованием на лице села на старый мини-холодильник. Нос у нее раскраснелся, как помидор, глаза слезились, а еще ее бил безудержный кашель.

Два часа ушло на то, чтобы в итоге откопать четыре гофроящика с пометками «Ванда». Митчелл взмолился небесному покровителю хранилищ, чтобы больше там ничего не оказалось. Ящики он вытащил наружу, и вместе с Зои они начали просеивать их содержимое.

Оставалось лишь гадать, какими критериями руководствовалась Мередит при отборе содержимого ящиков. Тут было несколько книг, кое-что из одежды. В одном обнаружилась кучка компакт-дисков, в основном Джонни Кэша.

Два были доверху набиты бумагами, отчего просеивание пошло гораздо медленней. Дипломы — Ванды и Джована, кипа квитанций, несколько медицинских статей, в двух из которых Ванда Стоукс упоминалась как соавтор; несколько медицинских журналов… ну и так далее. Просто хаотичный бумажный шум.

А потом, между страховым полисом и толстой стопкой квитанций, Зои нашла конверт с несколькими полароидными снимками. На вид все очень старые; цвет уже начинал тускнеть. На одном была рощица с редкими деревьями. На втором — она же, только подальше. То же самое на третьей. Шесть фотографий одной и той же рощи. Качество не ахти; некоторые были слегка размазанными, как будто объектив подрагивал.

Зои уже собиралась отложить снимки в сторону, но тут Митчелл схватил ее за руку. Первое прикосновение за этот день, и на мгновение он ощутил, как Зои напряглась, а ее дыхание участилось. Потом она отдернула руку.

— Эта роща, — сказал Митчелл, игнорируя сердитое выражение ее лица. — Она в Баттермир-парке.

— Это где?

— Там, где нашли тело Кендел Байерс.

* * *

День выдался довольно приятный, погожий, и в Баттермир-парке было многолюдно. Попадались и бегуны с бегуньями, несмотря на то, что сравнительно недавно одна из них погибла в этом самом парке. Как раз сейчас какая-то девушка пробежала мимо Митчелла и Зои, быстрым шагом идущих к роще. Лонни нес на плече сумку с двумя лопатками и бутылкой воды.

Найти что-либо значимое они не ожидали — просто было ощущение, что это единственно верный след. Любовник Ванды, как выяснилось, переехал в Техас. По телефону с Митчеллом он говорил быстро и нервно, то и дело повторяя, что ничего не знает и с женщиной по имени Ванда Стоукс не был знаком никогда. Экспресс-проверка показала, что во время предполагаемого романа он был женат, так что отрицание выглядело вполне логично. Ну да ладно, если понадобится, можно будет копнуть глубже, а пока надо исследовать рощу.

Место захоронения Кендел было засыпано землей, но теперь там стоял небольшой камень с увядшими букетиками и фотографией Кендел в рамке. Удивительно, откуда все это взялось, ведь у нее в Гленмор-Парке почти не было знакомых. Впрочем, бывает, что людей просто притягивает скорбь. Это можно понять. Хорошо, что здесь вроде бы не отметился никто из ее клиентов.

На тех фотографиях присутствовала углубленная часть рощи, хотя какая именно, определить было непросто. Митчелл с Зои надеялись, что ее можно найти при обходе, сличая деревья на снимках с теми, что находятся непосредственно вокруг. Разумеется, они не учли тот факт, что деревья имеют свойство со временем меняться. И вот они безрезультатно бродили уже около часа, пока Митчелл кое-что не заприметил.

Земля в роще была в основном усыпана палой листвой, сквозь которую кое-где проклевывались желтые цветки. Но в одном из мест деревья были реже, а цветы росли заметно гуще.

— Странно, — проронил Митчелл.

— Что странно? — встрепенулась Зои.

— Вон те цветы. Что-то я больше нигде их не замечал, а ты?

Она пожала плечами.

— Да вроде нет. Может, здесь просто солнечнее… Потому они здесь и проросли.