– Возьми эту карту. Видишь знак бесконечности над головой девушки? Он символизирует возможности или бесконечную любовь. Я дарю тебе силу управлять самым страшным и свирепым львом, – сказала я и вложила карту ей в руку.

– Это мне?

– Да. На Западе Таро часто используют как талисман. Не забывай об этой карте. Помни, она содержит в себе неограниченную силу.

Девушка не отрывала взгляда от карты и водила пальцем по знаку бесконечности.

– Я чувствую себя странно, как будто у меня и правда появилась сила, – произнесла она наконец.

– Это энергия; пусть ее нельзя увидеть, но она везде – в твоем взгляде, движениях, голосе. Не забывай это чувство. А теперь тебе нужно учиться избегать людей, которые высасывают твою энергию. То же и в отношениях. Если с каждой встречей ты чувствуешь себя все хуже, то этот мужчина – энергетический вампир и надо от него бежать. Самое ценное в этой жизни – ты сама.

– Спасибо. Я буду хранить эту карту как талисман. Можно потом снова прийти к вам?

– Да, конечно. Приходи в любое время. Когда решишь сообщить молодому человеку о своем решении расстаться, не встречайся с ним одна. Такие люди не могут принять того, что их бросают, – они даже могут совершить преступление.

Как же так вышло, что теперь девушка не может прекратить отношения без риска для собственной жизни?

17 Звезда

17

Звезда

Несколько дней назад на руле машины Сонхуна, которую подняли со дна озера, нашли капли крови жертвы, и он стал подозреваемым по делу о серийных убийствах.

Когда я услышала эту новость от Юхана, у меня кровь застыла в жилах. Сонхун, с которым мы вместе работали в полиции, который рассказывал молодым людям об осторожности на свиданиях и безболезненных расставаниях, стал убийцей…

– В рапорте прочитал – его лицо распознали на видео с дрона, который случайно заснял тот момент, как он бросал машину, – сообщил Юхан.

Я усмехнулась. Сонхун так тщательно спланировал свое идеальное убийство, а его засек дрон… Он и представить не мог, что его настигнет летающая камера. Не зря говорят, что за нами следят со всех сторон.

– Вы осмотрели все места, где мог бы спрятаться Сонхун?

– Мы запросили данные с камер, находящихся в западной части водоема; скорее всего, он пошел туда пешком. Подожди, я еду к тебе.

– Сюда? – спросила я.

– Можно назначить для меня консультацию? На Таро.

– Шутишь? Ты же не веришь в это.

– Буду через двадцать минут, – ответил Юхан, не дослушав мой ответ, и положил трубку.

Его голос звучал взволнованно, не так, как обычно. Я пошла открыть окно, чтобы проветрить студию, но тут увидела на улице его припаркованную машину. Как же так, он ведь сказал, что будет через двадцать минут! Я только собралась открыть дверь, но он сделал это первый и вошел.

– Что случилось? Почему ты уже здесь? – удивленно спросила я.

– Я собирался купить нам обед в ресторане, куда мы часто ходили, но он сегодня закрыт. Так что я приехал быстрее.

– Ты не завтракал?

– Я опрашиваю однокурсников и знакомых Сонхуна. Даже поесть не успеваю в этой запарке.

– Поешь хотя бы в столовой участка.

– Как я могу там спокойно есть? Все спрашивают, знал ли я, что мой сотрудник спокойно разгуливает и убивает девушек… Я должен написать заявление об увольнении, – говорил он сухо.

Я поняла, как Юхан изводит себя мыслями о случившемся, только по одному взгляду на его измученное лицо.

– Погадай на картах, где сейчас этот подонок.

– Ты же говорил, что это глупо – ловить преступников по картам…

– Тебе нельзя, мне можно, – резко ответил Юхан.

Я усмехнулась.

– И кем же я выступаю в этом расследовании?

– Я – полицейский, ты – гражданское лицо. Давай скорее посмотрим.

Я достала жестяной футляр, в котором лежали карты. Юхан внимательно рассматривал его – похоже, раньше он не видел ничего подобного, – затем открыл и закрыл его несколько раз.

– Зачем нужен такой чехол? – спросил он.

– Когда я только начинала гадать по рум-салонам, карты часто портились – то рвались, то на них попадала влага… Бывало, что хозяйки клубов были верующими и принимали меня за сектантку, так что могли отобрать и выкинуть карты. Поэтому у меня на всякий случай припасена запасная колода в жестяном футляре.

– Давай вытащим карту и посмотрим, где этот гаденыш, – торопился Юхан.

– Ты ведь раньше не гадал на Таро?

– Да, а как ты догадалась?

– Нужно задать вопрос, когда мешаешь колоду. Существует определенная процедура, – съязвила я.

– Он как будто сквозь землю провалился. Какое-то безумие… Не только полиция, другие структуры тоже его ищут. Хоть к шаманам иди. Но что реально шокирует, так это то, что серийный убийца – наш друг. Знали ли мы его по-настоящему?.. Мешай скорее, и посмотрим.

– Нельзя торопиться! Подожди.

Он так торопил меня, что я тоже начала суетиться. Провела стиком по краю поющей чаши – раздался тихий звон. Юхан тоже стал успокаиваться.

– Итак, что сейчас с Сонхуном? Подумай о нем и вытяни одну карту.

– Забавный вопрос, – ответил Юхан и вытянул карту из середины колоды. – Ну и что с ним? – спросил он, передавая ее мне.

– Если верить… – начала я.

Это была Тройка мечей – красное сердце, которое насквозь пронзают три меча. Над сердцем сгущаются свинцовые тучи, на него обрушивается сильный дождь.

– И что это? Ему в сердце воткнули нож? – спросил Юхан.

– Боль. Основное значение этой карты – боль.

– И что болит у этого подонка?

– Наверное, сердце. Или душа. – Я тяжело вздохнула. – Здесь три меча. Они символизируют Анну, Ким Мунён и ту девочку.

– И это всё?

Тут у Юхана зазвонил телефон.

– Минутку, – сказал он и направился к окну. Меня не покидало дурное предчувствие.

Юхан вернулся; у него был мрачный вид. Он ничего не сказал, но я все поняла.

– Снова… – прошептала я.

Ситуация ухудшалась.

– Этот придурок сошел с ума? Сколько еще человек он собрался убить? – негодовал Юхан.

– Снова мусорный бак?

– Это девушка, которая считалась пропавшей, ею занималась поисковая группа. Им пришел запрос – заявителем оказался сотрудник мусороперерабатывающей компании. Сначала они думали, что это не тело, а манекен, поскольку рука странно торчала…

Я молча рассматривала карту. Цифра три означает завершенность, но если рассматривать ее в числах от нуля до девяти, она символизирует начало.

– Неужели дело этим не кончится? – спросила я.

Мы с Юханом не отрываясь смотрели на сердце с тремя мечами.

* * *

В тот вечер ко мне пришла неожиданная гостья. Камилла. Уже стемнело, но она была в солнцезащитных очках.

– Я поработала над своими глазами, так что ношу очки; надеюсь на ваше понимание. Какой уж тут бизнес, когда кругом ходят слухи, что девушек из моего клуба убивают… Решила, пока не работаю, хоть приведу в порядок лицо, – объяснила она.

– Вам непросто сейчас; все эти убитые девушки… – начала я.

– Нет, мне без разницы. Меня волнуют деньги. Надо как-то выплачивать долги, голова кругом… Как же надоело! Даже после смерти они будут преследовать меня. – Ее голос звучал очень устало. – Послушай, – сказала Камилла и посмотрела на меня в упор. – Прекрати. Прямо сейчас, пока все не стало сложнее.

Хоть на ней и были очки, я все равно почувствовала ее пристальный взгляд.

– Мы не сработаемся. Прекращай свои полицейские игры на моей территории, – отрезала она.

– А если нет, то что? – Я тоже больше не церемонилась.

– Сделаю по-своему. У тебя свои законы, у меня свои.

– Только скажи, где Сохи, и я сегодня же перестану.

– Достала… – сказала она с презрением. – Знаешь ли ты Сохи? Ты просто девочка на побегушках…

Мне было все равно. Хотелось высказать все, что я думаю, прямо в ее наглое, дерзкое лицо, но я сдержалась. Чувства всегда все портят.

– Она сказала, что устала от сестрицы, которая строит из себя всезнайку, и что не хочет видеть тебя. Выброси свои глупые карты и больше не ищи ее.

Камилла швырнула карты мне в лицо. Если и есть в мире дьявол, который питается чужими несчастьями, то он сейчас стоял прямо передо мной.

– Прекращай уже! – кричала Камилла.

Я же, наоборот, была спокойна.

– Ни за что. Ни за что не прекращу.

Меня беспокоило состояние Камиллы. Пусть она и сказала, что ее больше заботят деньги, чем смерть девушек, я почувствовала, что она боится.

– То есть пусть девушки продолжат умирать?!

– Дело об убийстве Анны и Ким Мунён связано с моим бывшим коллегой, так что мне нечего сказать. Но другие преступления могут быть убийствами-подражаниями.

– Нет, все убийства совершил парень Ким Мунён. Чем занимается полиция?! До сих пор, слышишь, до сих пор его не нашли! Сколько еще человек он убьет? И кто будет следующей? Я?

– О чем ты?

– Сегодня…

Я увидела, как из-под черных очков по щекам Камиллы полились слезы, и удивилась резким переменам в ее настроении. Она пыталась сдержать эмоции и говорить ровным голосом.

– Чхве Танби, которую нашли в мусорном баке, – моя младшая сестра. Мы подружились, когда работали в рум-салоне, и как-то раз узнали, что мы сестры. Одна семья. Год назад она бросила это занятие и пошла в элитный торговый центр моделью на показы мод. Они с Мунён были лучшими подругами. Мунён тоже бросила эскорт и какое-то время хорошо жила, а потом вернулась. Сколько же я ее ругала: «Зачем ты вернулась в этот ад?» Но Танби была другой. В отличие от меня, у нее были мечты. Даже стервы из клуба смеялись над ней – мол, какие еще могут быть мечты, кроме как грести деньги? А у нее была. У нее было будущее.