В нише за статуей оказались все вместе, потому что ребят накрыла паника и они рванули туда одновременно. Отдышались. Здесь было ощутимо темнее, ведь луна освещала холл через верхние витражные окна, а лестница тонула в полумраке. Путь дальше показался бесконечным. Незнакомые коридоры разбегались в стороны от лестницы, поблёскивали позолоченные рамы картин, где-то стонали и ухали трубы.

Мансарда встретила их пятнами лунного света из круглых незашторенных окон. Жу-жу-жу – из комнаты в конце правого крыла слышался негромкий разговор. Ребята подкрались поближе, дверь была полуоткрыта, оттуда лился свет. Он больше не моргал, а говоривший чувствовал себя как будто спокойно и уверенно. До Четвёрки донеслись обрывки разговора:

– Уехали, ага. Увезли. Навели они тут шороху, ха!

Артур увидел, что говорит девушка, она стояла спиной к двери и жестикулировала, докладывая кому-то в трубку о беспорядках в муниципалитете. У говорившей было гладкое чёрное каре, которое показалось Артуру смутно знакомым. Как будто где-то он о нём уже слышал. Роза осторожно пододвинулась к Артуру, чтобы заглянуть в комнату, положила руку ему на плечо. Он качнулся, половица скрипнула, и девушка резко обернулась. У ребят челюсти отвисли. Роза тоненько пропищала:

– Миссис Ларс?!

А дальше всё было как в плохом сне. Миссис Ларс схватила со стола рядом с собой пистолет и заставила детей отдать ей смартфоны. Бывшая учительница следила за ними зорко, как кошка перед прыжком.

– Сидеть тихо, – приказала она.

Подумала секунду, подошла к выключателю и рванула провод, бегущий вверх по стене. Лампа погасла.

– Чтобы не выдумывали мне тут ничего, – железным голосом сказала она и повторила: – Сидеть тихо. Я вернусь, когда решу, что с вами делать.

Щёлк! Круть! – дверь захлопнулась снаружи, девушка провернула в замке ключ и побежала к лестнице.

Роза всхлипнула. Артур нащупал её ладонь и сжал.

Четвёрка оказалась отрезана от всего мира.

– Это правда была о-она? – Виола от испуга слегка заикалась.

– Ага, – хрипло ответил Люк.

Артур сначала кивнул, потом осознал, что они в темноте, и тоже сказал:

– Да. Это миссис Ларс.

– Одно радует, – сказала Роза, – она точно жива. Мне за эти дни что только не думалось.

– Хотя бы это плюс, да, – Артур пришёл в себя, смущённо отпустил руку Розы. – Пока она не вернулась, надо осмотреть комнату.

В комнате явно кто-то жил до этого. Один из столиков был приспособлен под кухонный, там стояли микроволновка и электрический чайник, лежала початая пачка печенья. Несколько грязных кружек с присохшими чайными пакетиками создавали неряшливый вид. Тут и там валялись скомканные вещи. Две кровати стояли перпендикулярно, вдоль окна и рядом. Шкаф с открытой дверцей возвышался в углу. Вот и всё, что можно было разглядеть в лунном свете.

Роза подошла к окну:

– Высоко-о-о!

Артур встал рядом, с трудом отыскал крышу своего дома и тоскливо посмотрел на окно своей спальни. Вот бы оказаться сейчас там…

– Если Ларс – преступница, кто же тогда моргал светом? – озадачился Люк.

– Значит, она увела Белые Букли в другое место, и нам вовек её не отыскать, здесь ведь комнат сто, не меньше, – ужаснулась Виола.

Артур шагнул к двери, покрутил ручку.

– Можно попробовать вскрыть замок. Жаль, нет фонарика! Хотя…

Он закопошился в своей поясной сумке, победно вскинул руку с зажжённым фонариком:

– Во!

– Ты молодец, – похвалила Роза, – мне и в голову не пришло, я думала телефона будет достаточно.

Дальше в ход пошли Розины заколки (ей пришлось снять и бросить на кровать ободок), потом брелок на ключах Виолы, но всё без толку.

– Дай-ка мне Кальцифера, – протянул руку Люк.

Артур удивился, но отцепил брелок от сумки.

Люк пыхтел:

– Нас в летнем клубе при школе учили в прошлом году. Нет, не вожатые, конечно, старшаки. Что делать, если тебя наказали и в кладовке заперли. Но для этого нужна такая вот изогнутая железка, как тут.

В замке зашуршало, что-то скрипнуло и под конец оглушительно щёлкнуло. Виола не сдержалась, бросилась на шею Люку:

– Ура!

Мальчик, смутившись, отступил. Друзья ликовали. Путь был свободен.

Миссис Ларс не было видно, как и её потенциальных сообщников. Очень скоро Артур, Виола, Роза и Люк поняли, что вокруг по-прежнему тишина. Но покинуть особняк они не могли: преступница предусмотрительно заперла на ключ и парадный, и чёрный выходы. Ребята блуждали по тёмным коридорам, пытаясь найти хоть какую-то лазейку. Обессиленные, они забрались в уже знакомую нишу за статуей на площадке над холлом. Девочки крепко держались за руки, Виолу била мелкая дрожь, а Роза нервно сглатывала каждую минуту, во рту у неё пересохло. Люк хмуро глядел в темноту. Артур ерошил волосы, пытаясь придумать план.

– Остаётся только выбить стекло, – сказал он наконец.

– Немного посидим, – попросила Виола, – мне нужно собраться с силами.

– Значит, миссис Робертс ни при чём? – потерянно прошептала Роза ни к селу ни к городу.

– Либо они сообщницы, – предположил Люк.

Артур продолжал:

– Нет, в холле опасно. Фиг знает, откуда она выскочит. Надо к чёрному ходу, там справа от двери окно. Мы туда пролезем. Поцарапаемся, конечно, но это не страшно.

Коридор, ведущий к чёрному ходу, был уже знаком ребятам. Ковёр по-прежнему скрадывал шаги, кругом было темно. Шли осторожно, крепко держась за руки.

Внезапно непонятный звук прорезал тишину:

– О-о-о-о-а-а…

Это был то ли стон, то ли выдох. Роза почувствовала, что каменеет от ужаса, Виолу заколотило. Люк застыл, широко раздувая ноздри. Артур взял себя в руки, прислушался:

– У-у-у-уа-а, – донеслось из-за ближайшей двери.

Кажется, именно в этой комнате пришлось прятаться Четвёрке в прошлый раз. Чтобы не потерять остатки самообладания, Артур со всей силы ударил по двери. Но в этот раз она оказалась заперта.

– Кто здесь? – раздался бодрый старушечий голос.

Роза оттаяла в мгновение, бросилась к двери:

– Это мы! Это мы! Роза, Виола и остальные. Вы нас помните?

Артур начал судорожно щёлкать кнопкой фонарика, но тот помигал и погас.

– Чёрт! Батарейки сели!

Не говоря ни слова, Люк повторил свой фокус с крючком от брелка. Правда, в глухом, плотном сумраке делал он это куда дольше. Наконец что-то щёлкнуло, и дверь открылась. В комнате было светлее: шторы не задёрнуты. За туалетным столиком сидела Белые Букли в ночной сорочке. Ребята знали, что это она, но старушка так напоминала привидение, что Люк громко икнул, а Роза попятилась.

– Быстро закройте дверь! – приказала их подопечная, и Артур повиновался. – В шкафу, на верхней полке, лежат зонты, воткните один в ручку, чтобы закрыться. Ну же!

Мальчики бросились выполнять приказ.

Виола удивилась:

– Она вас тут давно держит? Откуда вы знаете про зонты? Это вы сигналили о помощи?

Белые Букли хитро улыбнулась:

– Я. И знаю я про зонты потому, что это моя комната.

– Что?! – не сдержалась Роза.

– Это мой дом, – спокойно ответила старушка.

От удивления дети так изменились в лице, что это позабавило хозяйку особняка, и она совершенно несолидно хихикнула.

– После смерти моего дорогого Арчи я больше не смогла тут жить. Здесь всё напоминает мне о нём, – продолжила она.

Виола слушала и хмурилась, ей вспомнилась школьная экскурсия.

– А почему ваша комната в крыле для прислуги?

Белые Букли взглянула на девочку с уважением:

– А ты умница. Сейчас люди и не знают о таком. Дело в том, что изначально это была комната Арчи. Он был кучером моего отца. А до этого – его отец. Это был страшный скандал, когда мы поженились! Ну ладно, это всё лирика. А теперь нам надо вывести на чистую воду эту вертихвостку.

– Но почему вы помогали ей? Почему хотели переписать на неё особняк? – недоумённо спросила Роза.

– Она обманула меня, – спокойно ответила старушка. – Дело в том, что Трясина хранит давний секрет и миссис Ларс о нём как-то пронюхала. А может, не она, может, её наняли. Понимаете, в Трясине ещё век назад нашли залежи чёрного опала. Это полудрагоценный камень, на рынке обычно продают подделку, а настоящие привозят из Эфиопии очень редко. Об этом знали лишь моя семья и доверенный адвокат моего отца. Думаю, он сохранил секрет, но оставил запись где-то в дневниках. Раньше нам с Арчи удавалось развеять слухи, но то было давно. А в этот раз… Ларс получила старые записи адвоката, иначе она не могла узнать ещё об одной детали. Больше всего опала залегает именно под особняком. Мои родители долго думали, и мы, дети, подчинились их решению оставить дом и Трясину неизменными. А Ларс обманула меня, сказав, что хочет помочь завершить моё давнее дело.

– Какое? – не выдержал Артур.

– Много лет я пытаюсь выбить для Трясины статус особо охраняемой территории. Вы знали, что мышиная ягода – это редкость? А ещё главный маркер залежей чёрного опала. Ларс обещала продолжить и закончить труд моей жизни.

– Вот… зараза! – разозлился Люк.

– Интересно, где она? – Артур нервно оглянулся на дверь.

– Мы должны выдать её полиции, – мрачно заявила Роза, – иначе она сбежит.

– Но сначала спасти Трясину, – напомнил Люк, – пока что всё в её плане идёт как надо. Ведь неспроста люди уезжают!

– Ох, неспроста, – согласилась Белые Букли. – Ей того и надо. Чтобы по дешёвке скупать у жителей дома и участки.

– Так, нам нужны улики, – объявила Виола, – если она пряталась тут, значит, её вещи где-то в особняке?