Автор туда попал по рекомендации Городницкого и Веллера со своими на тот момент то ли тремя, то ли пятью книгами, которых с тех пор стало сильно больше, в самый разгар грандиозного скандала, затеянного Сергеем Пархоменко и его командой, в итоге которого ПЕН раскололся и доселе пребывает в состоянии печального раздрая. Пархом, как человек политизированный до крайности и антипутинский по определению, решил, что правильным будет, если ПЕН начнет вести с властью борьбу из-за Крыма и героически в этой борьбе погибнет под неизбежными ответными ударами власти, обеспечить которые было достаточно элементарно.

Схема понятная, отлаженная как по нотам, отменно дирижируемая Ходорковским, который культурную интеллигенцию всегда выпасал и пригревал (большой привет Улицкой и Алексиевич), и с точки зрения революционной логики неубиенная. Писатели и поэты пинают и угрызают власть, та их, естественно, преследует и прикрывает их контору. Возникает дикий международный скандал, Путин – Пиночет, организаторы в шоколаде. Ничего личного, просто бизнес. Одна заморочка: писатели и поэты в большинстве своем по части Крыма никаких претензий к власти в целом и к Путину в частности не имели, а многие от происходящего и вообще пребывали в эйфории. Крым же…

Группа бойцов-революционеров в ПЕНе была, но незначительная и не в руководстве. Мало их было для полноценной атаки. Так что ПЕН надо было брать, как банки, мосты и телеграф. Со свойственной ему энергией С.П. затолкал в организацию чертову тучу прогрессивных либеральных журналистов, которые вообще-то писателями и поэтами не были, но борцами и героями быть хотели. Ну и пошла борьба за контроль над правлением ПЕНа и право писать от его имени революционные воззвания и резолюции. Да такая, что автору, который в ПЕН вступил только что, но Пархоменко знал лет 25, да и про олигархов 90-х и приватизацию еще не забыл, эти самые 90-е и вспомнились.

Чистой воды была борьба за «Связьинвест», хотя тут-то за что?! За право провести мелкую околополитическую спекуляцию, раздуть международный скандал, подставить и похоронить организацию и слегка погреть на этом руки у спонсора? Нехорошо выглядело. Тухло и до крайности вонюче. Что собранию ПЕНа, на котором Пархоменко со товарищи бился как лев, пытаясь провести нужные ему решения, и было донесено в простых, не слишком вежливых выражениях. В итоге путч был сорван, организаторы из ПЕНа вышли, а их лидер сгоряча попробовал автора взять на понт и шантажировать, чтоб перестал стоять на пути прогресса и его лично дороге к преуспеянию. На чем был послан подальше и куда его послали пошел. Занавес, конец первого акта.