Константин Леонтьев, как и Константин Победоносцев, убежден, что даже русское крестьянское право с «русскими рабовладельцами, с традиционной русской покорностью» лучше, больше дает для спасения души, чем «бессословность и равенство самих гражданских прав», которое, с его точки зрения, не есть «безусловное благо». Бог, с точки зрения К. Леонтьева, создал человека и мир не для всеобщей гармонии, а для испытаний. «Пока «блаженны миротворцы», ибо
И самое главное. Для К. Леонтьева Бог не столько благость души, сколько «страх Божий». Не поиски Бога в своей душе, а страх перед Богом дает человеку спасение. «Простой, очень простой страх и загробной муки, и других наказаний – в форме земных истязаний, горести и бед».
Несомненно, нынешняя, модная ныне трактовка учения об особой русской цивилизации очистилась целиком от либеральных «слабостей» Николая Данилевского. Наши нынешние славянофилы связывают свое антизападничество прежде всего с отрицанием ценности свободы, ценности человеческой личности и человеческой жизни самой по себе. Характерное для нынешнего, по природе своей все же «красного» патриотизма противопоставление ценности государства, ценности внешнего военного величия государства ценности внутреннего, человеческого величия, доведено до логического конца, до абсолютного отрицания ценностей европейского гуманизма, отрицания заповедей Христа, и прежде всего заповеди «Не убий». Обратите внимание. В своем ответе на мою критику современных интерпретаций учения об особой русской цивилизации авторы статьи «О Боге, человеке и цивилизации» делают акцент на праве убить того, кто покушается на твои ценности, но ничего не говорят о заповедях Христа.
У нас сегодня сторонники особой русской цивилизации сознательно отвлекаются от таких «несущественных» частностей как боль, страдание, испытания тех, кто стал жертвой воплощения в жизнь коммунистических идеалов. При этом выпячивается якобы моральное преимущество советского монастырского, безвозмездного труда, труда на надрыве во имя общих целей и т. д., преимущество колхозов и социалистического соревнования.
Рискну утверждать, что аксиома Леонтьева, согласно которой «горе, страдание, разорение, обида» есть «посещение Божье», а гуманизм вреден, ибо «хочет стереть с лица земли все эти полезные нам обиды, разорения и горести»,[330] лежит в основе нынешней, новой трактовки учения об особой русской цивилизации. Когда читаешь сегодня трактаты об особой русской цивилизации, к примеру, ту же книгу Сергея Кара-Мурзы «Крах СССР», где предприняты попытки доказать, что советская, сталинская система, «советский строй – это реализация цивилизационного проекта, рожденного Россией и лежащего в русле ее истории и культуры»,[331] то везде слышишь голос Константина Леонтьева. И самое поразительное, Константин Леонтьев в 80-е XIX века говорил, что российское прикрепление крестьян на самом деле является предтечей возможного «социалистического рабства» и что на самом деле и российское крепостное право и «социалистическое рабство» больше сделали и сделают для укрепления могущества России, чем либеральные свободы.