Неужели до сих пор не ясно, что именно марксистский историзм и связанная с ним утрата интереса не просто к личности, а к духовной стороне его жизни, был благодатной почвой для массового террора против «врагов рабочего класса»? Я уже не говорю о том, что воинствующий атеизм Карла Маркса закрывает доступ к самой сложной проблеме человека и человеческой души, к тому, что было предметом «религиозности антропологии», поиском Бога и смысла жизни, тех поисков, которые породили самое ценное и совершенное, что было и есть в человеческой культуре. Кстати, задолго до большевистского эксперимента было видно, что есть органическая связь между социологией Карла Маркса, упраздняющей личность «целиком, какой-то социалистической Спартой» и его идеалом коммунистического производства, предполагающего милитаризацию всего национального производства, выстраивания его по принципу организации армии. Обратите внимание. Все, кто прочитал тома переписки между Марксом и Энгельсом, наверное, обратил внимание, что в их сознании нет чувства греха, чувства скорби, сознания возможной ошибки в собственных пророчествах и личной ответственности за негативные последствия возможной реализации их ошибочного учения в жизнь. Ленин не оставил дневников, никаких свидетельств осмысления своей жизни и своего дела. Оставил эти свидетельства Лев Троцкий в своих мемуарах «Моя жизнь». И снова ни малейших признаков чувства греха и связанных с ним переживаний. Все это подтверждает мысль Федора Степуна: марксизм в лице большевиков породил особую «породу людей: смелых, волевых, страстных, умных и злых, но нравственно предельно страшных… даже приблизительно не знающих, что значит сокрушится сердцем… оплачивать свое нравственно обязательное и все же неизбежно грешное участие в развертывающихся мировых событиях».[386]

Но самое главное, трудно понять, почему до сих пор, после всех неудачных коммунистических экспериментов XX века многие, даже образованные, здоровые люди в нашей стране не видят, что за коммунистическим идеалом стояло и до сих пор стоит не столько сострадание к тяготам и лишениям пролетариата, сколько ненависть к буржуазии, более того, жажда насилия, разрушения. Стоит прочитать внимательно «Коммунистический Манифест» Карла Маркса и обнаруживаешь, что в нем жажда разрушения мира сего куда сильнее жажды равенства. Впрочем, если бы большевики не делали в своей агитации ставку на хаос, на разрушение, они никогда бы не победили. И здесь действительно проявился гений Ленина. «Никто, как он, не понял столь проницательно, что власть абсолютную, типа божественной, он получит, разнуздав стихию бунта… Ленин хорошо знал, что только массу, пришедшую в ярость, потерявшую всякие следы общественного сознания, можно превратить в послушное стадо…»[387]