Я уже многое сказал об изначальной античеловечности мессианизма «русской идеи», в том числе и об откровенном моральном уродстве веры Николая Бердяева в пришествие подлинного коммунизма, который якобы придет на смену капитализму с его эксплуатацией человека человеком. Но все же Николай Бердяев в годы гражданской войны возвращался к Достоевскому, учившему в своих «Бесах», что нет ничего более дьявольского, чем «мечта о невозможном», что ничто так не убивает живое и жизнь, как мертвечина пустого идеала. Тогда речь шла о невозможном как о мечте о всеобщем равенстве. «Шигалевщина», писал Н. Бердяев в статье, написанной летом 1919 года, есть иступленная страсть к равенству, доведенная до конца, до предела, до небытия. «Безбрежная социальная мечтательность, – писал здесь, во время революции, Николай Бердяев, – ведет к истреблению бытия со всеми его богатствами, она у фанатиков перерождается в зло. Социальная мечтательность совсем не невинная вещь. Это понимал Достоевский… Во имя равенства мечтательность эта хотела истребить Бога и Божий мир»[159].
Как я уже показал выше, уходящий в мир иной Николай Бердяев в своей «Русской идее» перечеркнул все, что он сказал о дьявольской природе русской социальной мечтательности. Но, на мой взгляд, трагедия состоит в том, что Россия снова потеряла разум, потеряла чувство реальности и живет, посвящает всю свою жизнь очередной вере в невозможное, очередной безбрежной социальной мечтательности. Мне думается, что наша вера в то, что возможно возродить русское былое великодержавие, которого, кстати, в экономическом и культурном смысле никогда не было, наша вера в то, что можно изолировать себя от западной цивилизации и сохранить себя, есть пустая, опасная мечта.
Когда же русские увидят в себе человека?
Когда же русские увидят в себе человека?
О гуманистической глубине «веховской» идеологии
О гуманистической глубине «веховской» идеологии
О том, что я находил в «Вехах» последние 50 лет
Я снова заставил себя от корки до корки прочитать «Библию русскости». «Ветхий завет» – «Вехи», «Новый завет» – сборник «Из глубины». «Вехи» я штудировал третий раз в жизни. Они были доступны нам, студентам философского факультета МГУ, в середине 1960-х, когда мы готовились сдавать экзамен по истории русской философии. Сборник «Из глубины» у меня постоянно на письменном столе с 1991 года. Он был издан по инициативе сына Александра Яковлева издательством «Правда». Но теперь я снова с ручкой в руках, выделяя самые важные для себя мысли, прошелся по страницам этого сакраментального памятника могущества русского ума.