Первым кандидатом в будущие президенты, которого «опробовала» власть сразу после дефолта, стал сотрудник ФСБ генерал Н. Н. Бордюжа. В сентябре 1998-го новый фаворит — худощавый, подтянутый, спокойный, умеющий ладить с людьми — получил пост секретаря Совета безопасности, а в декабре, вдобавок, встал во главе администрации президента. Заметим: при Ельцине ни до, ни после никто не имел в своих руках так много власти, как Бордюжа. И он неплохо работал! Но — словами Млечина — «исполнительный и доброжелательный офицер оказался непригодным к этой работе. Он не только не разобрался в сложнейших кремлёвских интригах, но и не проявлял к ним интереса. Он совершенно не понял, чего от него ждут».

Самым для Ельцина ужасным было то, что Бордюжа отказался участвовать в кампании по дискредитации председателя правительства Е. М. Примакова. Он с ним даже сотрудничал! Ельцин, разумеется, был заинтересован в Примакове, который как раз в это время пытался преодолеть результаты августовского финансового краха, до которого довели страну предыдущие ставленники того же Ельцина. Но ему не нужен был Примаков, «копающий» под высокопоставленных воров, и тем более не было нужно, чтобы премьер и могущественный на тот момент Бордюжа объединились.

19 марта 1999 года Бордюжу сняли сразу с двух постов. Руководителем администрации президента назначили А. С. Волошина, который был с Примаковым не в ладах. Кресло секретаря Совета безопасности занял В. В. Путин.

12 мая был освобождён от должности сам Е. М. Примаков, а президент нашёл двух новых кандидатов себе в преемники. Это были министр внутренних дел генерал С. В. Степашин и глава российских железных дорог Н. Е. Аксёненко, и Ельцин колебался, кого из них для проверки «качеств» назначить премьером. В итоге назначил Степашина, а Аксёненко стал его первым замом.

Поскольку оба соображали, что к чему, первый старался показать себя умным руководителем, способным примирить интересы разных группировок, а второй демонстрировал «решительность»: хватался за любые дела, даже не входящие в его компетенцию, и смел отменять прямые указания премьера. В таких условиях правительство не могло нормально работать, и команды почти по всем делам поступали из администрации президента.

«Именно в этот момент стало понятно, — пишет Млечин, — что все важнейшие кадровые решения в стране принимает узкая группа лиц, не наделённая никакими государственными полномочиями. Тогда и возник термин „Семья“, обозначавший окружение Ельцина, которое обрело самостоятельность и проводило свою политику».