Тактика № 1. Попытка дискредитировать альтернативы демократическому пути, сделать их менее легитимными в сознании общества и элит, чем предлагаемый демократический вариант. Как пишет Адам Пржеворский, «для стабильности любого режима важна не легитимность данной конкретной системы правления, а наличие или отсутствие предпочтительных альтернатив» [Przeworski 1986: 51–52]. С этой точки зрения стратегия Горбачева по исходной десакрализации старого порядка была целесообразна; его тактическое утверждение, что продолжению реформистского пути «нет альтернативы», также было удачным с политической точки зрения. Его аргументы о том, что национальной безопасности СССР и его конкурентоспособности в XXI веке будет угрожать неспособность присоединиться к «современному» миру, стать «нормальной» страной и «научиться демократии», убедительно подкрепляли идею, что гипотетические альтернативы перестройке просто неприменимы и неприемлемы как с точки зрения выживаемости государства, так и в плане его национальной безопасности.

Тактика № 2. Мобилизация в политику новых общественных сил, вступающих в союз с реформаторскими силами в истеблишменте. Именно к этому гласность и демократизация привели в период до 1989–1990 годов – до момента, когда эти общественные силы разорвали связь с истеблишментом. Когда Горбачев в 1987–1988 годах обнародовал свою стратегию трансформации, он, вероятно, не предполагал, как далеко она зайдет. Но столкнувшись с ее результатами в последующие два года, он не пошел на откат; скорее он приспособился к течению, легитимизировал его «экстремизм» (в силу необходимости), сдвинулся «влево» (в сторону радикализма) в политическом спектре элиты и постарался создать новые политические институты, которые регулировали бы конфликты, теперь ставшие очевидными. Это был важный шаг, которым он подал первые сигналы о привлекательности демократизации, что предотвращало разочарование на раннем этапе, столь часто встречающееся во время неудачных трансформаций.

С этой точки зрения удачно, что Горбачев в выступлении на пленуме ЦК в январе 1987 года призвал к тайным конкурентным выборам и всеобщей плюрализации политического строя. Удачно сложилось и то, что партийную конференцию в июне 1988 года, а также первые заседания Съезда народных депутатов и Верховного Совета можно было смотреть по национальному телевидению. Сочетание плюрализации и гласности позволило демистифицировать политику и дало людям возможность поверить в то, что участие в политике может принести пользу. Горбачев одновременно мобилизовал новые общественные силы, дискредитировал старый политический порядок и создал новые политические институты для урегулирования конфликта между новыми общественными силами и «старой гвардией». Также было создано новое политическое пространство, в котором демократическая оппозиция могла установить связи с умеренными внутри режима.