Так что начавшееся при президенте Форде улучшение морального состояния ЦРУ и рост эффективности его работы приостановились при Картере. Будучи новичком в правительстве, Картер тут же попал под влияние своего вице— президента Мондейла, чьи связи в сенате и опыт работы в Вашингтоне были крайне полезны для Картера, К несчастью, отношение Мондейла к ЦРУ было довольно отрицательным, в качестве такового оно сформировалось еще в период его работы в сенатском комитете Черча, расследовавшего деятельность Управления. Он понимал всю полезность аналитических материалов разведслужбы для политических деятелей, но при этом был крайне чувствителен к вопросу о возможной угрозе гражданским правам, исходящей якобы из любой формы тайной деятельности разведки. Он вообще порицал любую разновидность секретности в работе правительственных учреждений и был откровенно против всяких тайных акций, нацеленных на то, чтобы оказать то или иное влияние на ситуацию в зарубежных странах.

Благодаря Мондейлу, ряд ключевых позиций и правительстве заняли члены демократической партии с леволиберальным уклоном, разделявшие его отношение к ЦРУ. Один из них Дэвид Аарон стал заместителем помощника президента по вопросам национальной безопасности. Этот пост давал Аарону возможность осуществлять наблюдение за всеми программами ЦРУ и пресекать любые попытки разведывательного сообщества добиться одобрения такого «непотребства», как те или иные агентурные операции. Подобный человек на таком посту служил гарантией того, что пока у власти остается правительство Картера — Мондейла, уровень эффективности работы ЦРУ не превысит отметки 1976 года.

Вся мера непонимания Картером проблем разведки обнаружилась очень скоро. Прежде всего, вместо того чтобы убедить Джорджа Буша остаться на посту директора ЦРУ, он с готовностью принял его отставку, а потом делал все возможное, чтобы свести к минимуму политическое влияние Управления. Если бы Картер воззвал к чувству патриотизма Буша, тот, вероятно, не ушел бы, но президент этого не сделал. Вместо этого Картер решил отблагодарить за помощь в предвыборной кампании Теодора (Теда) Соренсена, сторонника его курса «новый рубеж» и когда-то составителя выступлений Джона Кеннеди.

Соренсен, несмотря на то что не питал особого интереса к работе в ЦРУ, предложение принял, — вероятно, за отсутствием других столь же важных вакансий. Консервативное крыло демократической партии полностью одобряло деятельность разведки, но Соренсен принадлежал, увы, не к нему, — он был либералом левого толка. К тому же, как выяснилось, он был принципиальным противником воинской службы, что вряд ли делало его пригодным (конечно, с точки зрения, так сказать, консервативной) для руководства организацией, занимающейся осуществлением тайных операций стратегического значения. Все это обещало, что сенат отнесется к назначению Соренсена крайне критически, и, поняв это, он в результате от поста директора ЦРУ отказался.