Крикнув «Немцы!», Боев сразу бросил противотанковую гранату, но забыл выдернуть чеку. Смирнов тоже бросил гранату и два раза выстрелил из винтовки, после чего возле него стали рваться вражеские гранаты. Он успел заметить Боева, бежавшего мимо него к пулеметному ДЗОТу. Увидев врага, Петушков выстрелил из винтовки, после чего, по его словам, немец упал в траншею, а сам он побежал за подмогой.

Пулеметчик Наумов, услышав голос Булычева, дал две очереди из пулемета, но в противоположном направлении. После этого в ДЗОТ попал снаряд, из-за чего обрушился вход и засыпались амбразуры. Оба пулеметчика были легко ранены и больше ничего не смогли сделать.

По показаниям Смирнова, до появления немецкой РП все было спокойно, но сразу после ее обнаружения противник начал артобстрел переднего края и глубины обороны 1 взвода. Примерно через 10–15 минут после нападения к месту происшествия прибежали командиры и бойцы из резерва командира роты, но никого там не обнаружили. В итоге штабисты армии выяснили:

«Как немцы уходили, уводили-ли или уносили Боева никто не видел, только предполагают, что его тащили раненым»[272].

Фрагмент карты Волховского фронта за период с 30 мая по 14 июля 1942 г. с участком фронта 998 сп.

Также Волынкин и Василевский установили, что никакой сигнализации с постом Боева и Смирнова не было, поэтому командный состав взвода и роты не знал о нападении до начала боя. Кроме того, у бойцов и командиров оказались не сверены часы, поэтому никто не мог сказать, когда именно начался и закончился немецкий обстрел. Все говорили лишь примерное время. Командир роты старший лейтенант Малеев услышал разрывы снарядов в 2:30, побежал к ДЗОТу и приказал вести огонь, но не сказал — куда. Командир 1-го взвода Кузьмин через 10 минут после обстрела донес Малееву, что пять немцев прорвались в тыл, хотя он лично их не видел. В итоге ком-роты доложил комбату о нападении, после чего поднял свой резерв и побежал во взвод, где обнаружил заваленный ДЗОТ, но немцев и Боева не нашел.

Схема расположения 1 взвода 2 ср 998 сп с указанием места действия разведки противника в ночь с 29 на 30 июня 1942 г.

По завершении расследования представители 8 А сделали следующие выводы:

«1. Наблюдение и служба полевого караула отработаны плохо.

2. Сигнализация не отработана.

3. Командный состав не имеет определенного места откуда должен управлять боем или куда явиться по тревоге, а не находится вне определенного места.