Находятся и авторы конспирологической версии катастрофы начала войны. Некто С. Смирнов утверждает: «Просчеты 1941 года были следствием острых противоречий в советском руководстве тридцатых годов… Заговорщики (видимо, надо понимать, Тухачевский, троцкисты и т. п. Б.) подставили армию еще до начала войны, сорвав мероприятия по приведению войск в боевую готовность по директивам от 15–18 июня и проигнорировав предупреждение о возможном нападении немцев в ночь на 22 июня…» («Завтра». 2011. № 25.)

К сожалению, автор не раскрывает сути противоречий и имен антагонистов Сталина. Если он подразумевает под ними Зиновьева и Бухарина, Каменева или Рыкова, то все они в канун 1937 года только клялись в вечной любви к товарищу Сталину. О таких антагонистах, как Маленков, Молотов, Ворошилов и Берия, Хрущев, и говорить смешно. Острые противоречия в руководстве страны могут возникнуть лишь при выборе магистрального пути ее развития, методов реализации этого выбора и т. п. Но все эти магистральные пути были определены еще при Ленине и в дальнейшем освещены «фонарем ленинизма» (Троцкий) и идеями великого рулевого Страны Советов. Все платформы Троцкого, Зиновьева, Бухарина или Рютина — это «тявканье мосек», которое широкого отзвука в рядах партии найти не могло, и потому они с легкостью Сталиным были разбиты и выкорчеваны. Но это годы двадцатые — начало тридцатых. И потому на протяжении всех тридцатых годов острых противоречий в руководстве быть не могло. Все основные вопросы были предопределены, а мелочевка до остроты никак не дотягивала. И кто мог противоречить Сталину в тридцатые годы?! Незавидна была судьба такого противоречащего. Потому и помалкивали, коллективно безответствовали…

Абсолютно надуманным является и тезис о заговорщиках, якобы сорвавших все мероприятия по приведению войск в боевую готовность. Десятки тысяч «заговорщиков» в течение 1937–1939 годов были расстреляны, сосланы в ГУЛАГ или выгнаны из армии и потому никакого отношения к «срыву мероприятий» иметь не могли. А вернувшиеся в строй после чекистских проработок испытывали только священный трепет перед вышестоящим начальством, и потому подозревать их в игнорировании каких-либо спускаемых сверху установок — смешно. Они до чекистских проработок никогда вредителями не были, а после тем более. Вредители сидели на самом высшем этаже власти и спускали оттуда вредительские, прямо скажем, предательские установки типа вот этой — за подписями министра обороны Тимошенко и начальника Генштаба Жукова: «Директива № 1 от 22 июня 1941 года, 0 часов 30 минут: «Задача наших войск не поддаваться ни на какие провокационные действия… Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить» (Беру свои слова… С. 163).