Читая твои речи и статьи, Ульянов-Ленин, постоянно натыкаешься на всевозможные противоречия, которые выдают тебя как отпетого политического конъюнктурщика, которому не нужны были ни рабочие, ни крестьяне, не вся остальная Русь, а нужна была только власть, чтобы утолить жажду больного воображения и бросить всю Россию в топку мировой революции. Отсюда твоя истинная радость начавшейся Первой мировой войне. Ленин Ганецкому: «Замечательно, что началась война! Это подарок истории» (Россия в эпоху реформ. Посев. Франкфурт-на-Майне, 1983. С. 282).

Когда ты, Ульянов, был искренним, в 1905 году, обещая вместе с пролетариатом идти против крестьянина вообще (ПСС. Т. 22. С. 222), то есть против кулаков, середняков, бедняков, или весной 1919 года, когда ты узрел в крестьянине знатока «лучшего строя», которым нельзя командовать?!

Годом раньше, в мае 1918-го, ты, Ульянов, рассматривал мелкобуржуазную стихию, то есть все крестьянство, как главного врага социализма в России (ПСС. Т. 36. С. 295). А в марте 1919 года ты призываешь «учиться у крестьян способам перехода к лучшему строю». Но чему учиться у врагов социализма? Только буржуазному способу производства. И почему ты, Ульянов, не пошел на выучку к крестьянам?!

Но почему-то изменив собственному правилу не командовать крестьянством в марте 1919 года и отказавшись от выучки у него, ты в мае 1921 года, вдруг «вновь обретя» давно утраченную тобою честность, заговорил с крестьянством языком повелителя и угроз: «Мы открыто, честно, без всякого обмана крестьянам заявляем: для того, чтобы удержать путь к социализму, мы вам, товарищи крестьяне (и когда только враги стали товарищами?! Б.), сделаем целый ряд уступок, но только в таких-то пределах и в такой-то мере, и, конечно, сами будем судить какая это мера и какие пределы» (ПСС. Т. 43. С. 320).

Откуда такая наглость к Учителю, Ульянов? И когда ты был к крестьянству более честен в 1905, 1919 или 1921 годах? Или в конце 1923 года, когда ты признал: «Мы провалились. Мы думали осуществить новое коммунистическое общество по щучьему велению. Между тем это вопрос десятилетий и поколений… Мы должны ясно видеть, что попытка не удалась» (запись секретарей Ленина под диктовку в конце 1923 года, Капустин… С. 508).

Потому ты, Ульянов, и провалился со своей уголовной сворой, что не захотел учиться у крестьян!!

И стоило ли ради этого прозрения разорять Россию дотла, уничтожив десятки миллионов людей?!

А ведь тебя, мерзавца, задолго до переворота предупреждали не единожды, что социалистическое переустройство России это авантюра!