Гиммлер поначалу, скорее всего, не знал об этих обвинениях, потому что существует записка от Гиммлера д’Алкену, одобряющая использование Зыкова, на которой стоит дата 14 июня. И Торвальд, и Даллин считают, что Зыков стал жертвой распрей внутри СС, и в таком варианте с этим очень хорошо стыкуется смертоносная подозрительность Эрнста Кальтенбруннера. Но Берлин, ставший подземным городом-троглодитом, также кишел агентами советского НКВД и Разведупра, остатками знаменитой сети «Красной капеллы», у которых были такие же причины убить ренегата — «старого большевика» Зыкова. Кроме того, необходимо учитывать, что в том же самом месяце гестапо провело облаву на лидеров НТС, включая Байдалакова. Многие члены НТС, в частности Казанцев, высказывались в пользу сближения с западными союзниками. Двингер, сопровождавший Малышкина в Париж летом 1943 г. вместе с Зыковым, утверждает, что у Зыкова была встреча с британским агентом. Источник этот надежным считать нельзя, потому что Двингер также выдумал фиктивную поездку самого Власова, но это действие, по крайней мере, согласуется с зыковской репутацией. Какова бы ни была истина, история потеряла человека, который, возможно, объяснил бы загадку поведения Власова в Волховском котле в июне 1942 г.

Несмотря на зловещее начало, д’Алкен заявлял, что эффект от использования имени Жиленкова на Восточном фронте в Галиции превзошел все ожидания. Примерно за восемнадцать дней линию фронта перешли 4500 советских дезертиров. На основании этих цифр д’Алкен попытался уговорить Жиленкова занять место Власова в качестве лидера советской оппозиции, но Жиленков ответил отказом. Д’Алкен сообщил об этом Гиммлеру как о признаке магии, которую имя Власова все еще может оказывать на подвластных ему лидеров. Более вероятно, что Жиленков думал о своем собственном положении — что случится с ним самим, если рейх в ближайшее время рухнет. 23 июня на фронте группы армий «Центр» началось грандиозное наступление Красной армии в Белоруссии. Паника и отчаяние охватили немцев в степени, которую до настоящего времени превосходили лишь разгром Франции в 1940 г. и первые советские поражения в 1941 г. А ночью 11 июля наступление, в результате которого будут взяты Львов и Польская Галиция, неожиданно началось на фронте Моделя (Львовско-Сандомирская операция Красной армии началась 13 июля на фронте немецкой группы армий «Северная Украина» (командующий генерал-полковник Й. Гарпе). — Ред.). С трудом удалось д’Алкену вылететь к Гиммлеру в Зальцбург. Наконец, в штабе Гиммлера в Восточной Пруссии три дня спустя д’Алкен узнал, что Гитлер дал Гиммлеру разрешение лично вести переговоры с Власовым.