Лева долго бродил по Москве, сворачивая то влево, то вправо. Так он очутился на площади трех вокзалов. Неведомая сила повпекла его к причудливому строению с башенками и золоченым флюгером на остроконечном шпиле.
"Если флюгер повернут на восток, — загадал Лева, — все решено, я еду…"
Лева был фаталистом, как и Печорин. Он поднял голову и увидел, что флюгер смотрит на восток.
— Судьба! — вздохнул он и весело двинулся к кассам.
Но возле кассы его довольно бесцеремонно оттолкнул молодой человек со встрепанной бородкой. Лицо его показалось Баксту знакомым. "Где я его мог видеть?" — соображал Бакст.
Молодой человек, тем временем разворошив очередь, пробился к самому окошечку. Очередь глухо заворчала. Похоже было, что назревает скандал.
— Да поймите же, поймите, попутчики, — урезонивал очередь растрепанный молодой человек. — Мы с Женечкой едем в свадебное путешествие, на стройку, в Сибирь. Мы хотим там жить, работать и, может быть, даже растить детей. У нас путевка комсомола…
— Фамилия? — спросил из окошечка скучный голос.
— Люсин-Рюмин с супругой и вещами… Два билета до Сибири…
— Сибирь большая… До какой станции?
— Туда, где труднее, — жарко зашептала Женечка.
— А вы, вы тоже едете? — обернулась она к Баксту.
— Я? — не совсем уверенно отозвался Лева. Он чувствовал, как в нем глухо, точно Царь-колокол, бьется сердце. — Мне в Ванино, — вдруг выкрикнул он. В его душе призывно и могуче уже звучала мелодия любимой песни полковника Багирова "Я помню тот Ванинский порт…". "Увижу ли седого", — тревожно сжалось сердце. И вдруг он услышал сзади знакомый голос:
— Не ожидал, не ожидал от вас такого, Бакст! Что же вы? Отрываетесь от коллектива.
Окруженный толпой стажеров, в кассовый зал, смеясь и балагуря, входил полковник Багиров. В первое мгновение Лева его не узнал. На полковнике была застиранная джинсовая рубаха с расстегнутым воротом, кеды. Под мышкой он держал сетку с футбольными мячами. Сзади теснились с рюкзаками, палатками, котелками Гога, Салихов Наиль, Гера Андалузова…
— Вот… — виновато улыбнувшись, проговорил Багиров. — Все вместе решили в Сибирь. Салихова выбрали комиссаром отряда…
— А вы? — почувствовав вдруг острую жалость к учителю, спросил Лева.
— Я что ж… Пора уступать дорогу молодым… Еду инструктором… по самбо… В Сибири нужны борцы…
Всем вдруг стало чуть-чуть грустно. Дороги друзей расходились… Но по блеску влажных, в миндалинку глаз Геры Андалузовой Лева Бакст уже знал, что они встретятся и, может быть, не один еще раз…