Предполагалось, что после такого долгого отсутствия это будет, конечно же, триумфальный въезд победителя Парфии. И народ, и сенат уговаривали Севера порадовать столицу великолепным зрелищем триумфа, от которого Рим уже почти отвык. Но Север отказался, заявив, что не сможет так долго простоять на колеснице (как это требуется от триумфатора) по причине артрита. Вместо триумфального въезда Север организовал для народа великолепные зрелищные мероприятия, продолжавшиеся семь дней. Для организации таких роскошных торжеств были веские основания: успехи в войне на Востоке, десятилетняя годовщина царствования Севера, возвращение императора в столицу и свадьба его старшего сына Бассиана с Плавтиллой. Во время торжественных мероприятий горожанам и преторианцам раздавали зерно и золотые монеты (по 10 штук), что обошлось казне в 50 миллионов денариев. Септимий чрезвычайно гордился этой своей щедростью, поскольку ни один император до него никогда не раздавал столько денег.

В течении 7 дней тянулись представления, игрища, показ диких животных, что особенно запомнилось народу. Зверей в первый день выставили 100, во второй — 200 и так далее. Однажды Плавтиан выставил 60 кабанов, сражавшихся друг с другом. В амфитеатре соорудили огромный загон в форме корабля, из которого одновременно выпустили четыреста диких зверей — львов, пантер, медведей, туров.

Публия Фульвия Плавтилла

28 августа 202 года состоялось бракосочетание 14-летнего Бассиана с Публией Фульвией Плавтиллой (CIL VI 1074 = ILS 456).

Именно это бракосочетание оказалось той вершиной власти, которой достиг Плавтиан, став таким образом членом императорской семьи. И опять бесценный свидетель событий того времени, Кассий Дион, сообщает нам подробности этого брачного союза: «Приданого, которое он дал за дочкой, с избытком хватило бы на пятьдесят принцесс. Мы собственными глазами видели его, когда все приданое принялись переносить через Форум во дворец. Мы также приняли участие в свадебном пиршестве, устроенном отчасти с царственной, отчасти с варварской роскошью, и получили в подарок не только всевозможные обычные кушанья, но также сырое мясо и живых животных разного рода» [77.1,2].

Север неустанно осыпал своими милостями префекта претория, то щедро награждая крупными суммами денег, то присваивая новые и новые почетные звания. Например, Плавтиан был удостоен консульских отличий (ornamenta consularia) [Геродиан. История. III. 11.2] и поэтому считался дважды консулом (в 203 г. он был ординарным консулом). Кроме того, он был понтификом (CIL VI 1074). Но Плавтиан ещё и капризничал. Хотя сенат издал много постановлений о его возвеличивании, он принял лишь немногие почести, сказав им: «Любите меня в душе, а не в постановлениях» [Пётр Патрикий. Exc. Vat. 133 (p. 227 Mai. = p. 211, 9-HDind]. Звание сенатора он, кстати, принял. Что же. Это говорит о политической грамотности и опытности Плавтиана. Если он отказывался от почестей сената, значит, он опасался ревности и настороженности императора. Хотя сенаторы старались. Кто-то из них даже осмелился писать к нему как к четвертому Цезарю (учитывая Септимия, Бассиана и Гету). Кроме того, со следующего года, все воины и сенаторы клялись «Фортуной Плавтиана» (ведь он стал консулом и давал пароль) и все граждане возносили молитвы за сохранение его жизни.