Наталья Соколова (Звездина): «Когда я узнала, что Аркадий Северный – мой отец, мне было уже достаточно много лет. Меня просто бабушка взяла за руку и сказала: „Мы сейчас поедем к друзьям твоего отца”. Мы зашли в комнату, где все стены были увешаны фотографиями отца. Меня посадили на стул, надели наушники. Я сидела 4 часа, слушала песни отца. Это был шок, я сидела все 4 часа, плакала, потому что я, в общем, не ожидала абсолютно, что так будет. И, наверное кроме рождения детей, это было самое яркое впечатление в жизни».

Владимир Ефимов: «Он как бы в песне проживал своих героев, он не ждал награды, в виде денег, в виде каких-то подарков. Он был совершенно бессребреник. Если об этом рассуждать, то человек творил, потому что ему хотелось это делать, ему нравилось это. Он чувствовал себя в своей тарелке, он жил этим».

В 70-х годах даже в ресторанах могли выступать только утвержденные музыкальные коллективы. В одном из плавучих ленинградских ресторанов выступает ансамбль «Братья Жемчужные», которые в свободное от работы время записывают на квартире с Аркадием Северным десятки альбомов.

Николай Резанов (Жемчужный): «Нас что объединяло? Нас объединяла в первую очередь любовь в этой песне, потому что я считаю, что песню должны, любить вообще все нормальные советские люди. Его знала вся страна, а спеть на сцене ему никак не удавалось, ему даже в ресторане не удавалось спеть. И он очень от этого страдал, и в душе у него бурлило, не было выхода его эмоциям по-настоящему».