Полулегальные поэты-песенники, так называемые барды, до поры до времени защищены официальным статусом. Кто-то служит журналистом, кто-то член Союза писателей. Кумир поколения – Владимир Высоцкий, актер театра и кино. А Аркадий Северный – у него нет не только профессионального музыкального образования, но и прописки, и дома. И он скитается по случайным знакомым, часто попадая в неприятные ситуации.
Сергей Соколов: «Однажды, звонок мне вечером домой – так и так, наш знакомый товарищ попал в вытрезвитель, нужна помощь, петроградский РОВД. Ну ночью же не поеду, утречком пораньше поеду, там разберемся. Приезжаю я утром, записи смотрю: Аркадий Дмитриевич Звездин, задержан там-то, сопротивления при задержании не оказывал, доставлен в вытрезвитель в таком-то состоянии. Я-то в лицо его не знаю, дежурная его приводит и говорит – вот вам Северный Аркадий Дмитриевич. „Ну что же ты, Аркаша, так попался-то?” Притворяюсь, как будто я его знаю, иначе неудобно же. Вышли из помещения. Знакомимся. Такой-то такой. Сергей Петрович он меня называет, я его Аркадий Дмитриевич. Говорю, главное сейчас – иди в сберкассу, оплати чек об оплате за услуги, и ты свободен. Хорошо. Через полчаса приходит, говорит: я рассчитался, отнес туда квиток. Приходит с бутылкой водки. „Еще 11-ти нет, ты уже водку достал”. (Раньше же с 11 часов продавали водку”.) Говорит: „Ну, водка – это не проблема”. – „Я офицер, молодой офицер, – говорю, – я не могу сейчас употреблять, с утра пораньше”. – „Ну, хорошо, – говорит, – я приду вечером”. – „Хорошо, приходи вечером”».
Сергей Соколов:
«Однажды, звонок мне вечером домой – так и так, наш знакомый товарищ попал в вытрезвитель, нужна помощь, петроградский РОВД. Ну ночью же не поеду, утречком пораньше поеду, там разберемся. Приезжаю я утром, записи смотрю: Аркадий Дмитриевич Звездин, задержан там-то, сопротивления при задержании не оказывал, доставлен в вытрезвитель в таком-то состоянии. Я-то в лицо его не знаю, дежурная его приводит и говорит – вот вам Северный Аркадий Дмитриевич. „Ну что же ты, Аркаша, так попался-то?” Притворяюсь, как будто я его знаю, иначе неудобно же. Вышли из помещения. Знакомимся. Такой-то такой. Сергей Петрович он меня называет, я его Аркадий Дмитриевич. Говорю, главное сейчас – иди в сберкассу, оплати чек об оплате за услуги, и ты свободен. Хорошо. Через полчаса приходит, говорит: я рассчитался, отнес туда квиток. Приходит с бутылкой водки. „Еще 11-ти нет, ты уже водку достал”. (Раньше же с 11 часов продавали водку”.) Говорит: „Ну, водка – это не проблема”. – „Я офицер, молодой офицер, – говорю, – я не могу сейчас употреблять, с утра пораньше”. – „Ну, хорошо, – говорит, – я приду вечером”. – „Хорошо, приходи вечером”».