В свое оправдание руководители Первой конной заявляли, что Конармия олицетворяет «крестьянскую стихию», что армия вынуждена самоснабжаться и производить «необходимый грабеж», поскольку, в отличие от пехотных частей, «потребности ее выше, так как она слагается из бойцов и коней, между тем удовлетворение отстает больше при ударном и рейдовом характере операций». Основной же аргумент руководителей Конармии заключался в том, что вспышки бандитизма, будучи явлением нормальным, понятным, естественным и неизбежным, никогда не имели массового характера, ибо «армия с нездоровыми уклонами не могла бы побеждать, а если бы и побеждала, то при первой неудаче она развалилась»[1441].

Под давлением ЦК РКП(б) в конце 1920 г. Реввоенсовет Первой Конной подписал приказ о расформировании части замешанных в преступлениях полков и предании суду «всех убийц, громил, провокаторов и их сообщников», 130 человек было расстреляно, около 200 приговорены к заключению, но позже переведены в другие части. Параллельно с карательными акциями, проводилась воспитательная работа, для чего в Конармию из Москвы был послан ряд видных большевистских функционеров[1442]. Однако это мало помогло и в начале 1921 г. К. Ворошилов снова признавал: Первая Конная «переживает серьезнейший кризис, и ее нужно лечить радикально и спешно, и к этому нужно приступить немедленно»[1443].

В «непотопляемости» Буденного очевидно сыграл вклад Первой Конной в разгром Белых Армий, по свидетельству Тухачевского, «в России никогда не было конницы, равной Конармии…», а Буденный это «исключительного таланта самородок» и «самый способный командарм»[1444]. Не меньшую роль, по мнению Гениса, сыграло и заступничество за Буденного члена реввоенсовета и «военной оппозиции» (выступавшей за сохранение партизанских методов управления армией, против строительства регулярной армии и привлечения военспецов) Ворошилова, и, тесно связанного с ними еще по обороне Царицына в 1918 г., члена Политбюро ЦК РКП(б) Сталина[1445].

«Холодное чудовище»

«Холодное чудовище»

Есть жестокость во всяком государстве, оно имеет природу «холодного чудовища». Но без государства человечество на том уровне, на котором оно находится, было бы ввергнуто в еще более жестокое, звериное состояние.

Беспощадную войну большевиков с «русским бунтом» Грациози подает, как их войну против собственного народа[1447]. На самом деле беспощадная война большевиков с бунтом, являлась единственным средством спасения этого самого народа. Закономерность этой войны строится на том, пояснял «белый» ген. Головин, что «каждая революция, даже такая, которая приводит к освобождению народов, в своей основе построена на насилии. Она начинается с актов разрушения и, следуя законам социальной психологии, она по мере своего развития все более становится разрушительной. Разбушевавшаяся стихия может быть остановлена только силой…»[1448].