По мере разрушения тыла, спекуляция играла в росте цен все большее значение. «Во всех видах нашей промышленности и торговли, — отмечал этот факт старшина биржевого комитета А. Найденов, — имеются могущественные вдохновители спекулянты, которые тесным кольцом окружили народ и выжимают из него соки»[2552]. «Наше время, или вернее, безвременье, — писал популярный в то время журналист И. Южанин, — создает новые возможности для всех, кто только желает воспользоваться моментом. Самой доходной профессией теперь у нас считается спекуляция. Спекуляцией теперь занимаются все: врачи, юристы, студенты, инженеры, актеры, журналисты, бывшие штатские, бывшие военные. Все перемешалось все спуталось в один хищнический клубок…»[2553]. Меры борьбы со спекуляцией широко обсуждались[2554], однако на деле оставались лишь благими пожеланиями. Причины этого крылись, как в провале всех попыток мобилизации экономики в целом, так и в том, вспоминал Начальник московской милиции, а затем член Временного правительства А. Никитин, что «спекулянты не боялись облав и реквизиций товаров, так как риск с избытком покрывался прибылью, само же преступление, по отсутствию карательной санкции и чрезвычайной волоките судебно-следственного аппарата, оставалось ненаказуемым»[2555].

По мере разрушения тыла, спекуляция играла в росте цен все большее значение. «Во всех видах нашей промышленности и торговли, — отмечал этот факт старшина биржевого комитета А. Найденов, — имеются могущественные вдохновители спекулянты, которые тесным кольцом окружили народ и выжимают из него соки»[2552]. «Наше время, или вернее, безвременье, — писал популярный в то время журналист И. Южанин, — создает новые возможности для всех, кто только желает воспользоваться моментом. Самой доходной профессией теперь у нас считается спекуляция. Спекуляцией теперь занимаются все: врачи, юристы, студенты, инженеры, актеры, журналисты, бывшие штатские, бывшие военные. Все перемешалось все спуталось в один хищнический клубок…»[2553].

Меры борьбы со спекуляцией широко обсуждались[2554], однако на деле оставались лишь благими пожеланиями. Причины этого крылись, как в провале всех попыток мобилизации экономики в целом, так и в том, вспоминал Начальник московской милиции, а затем член Временного правительства А. Никитин, что «спекулянты не боялись облав и реквизиций товаров, так как риск с избытком покрывался прибылью, само же преступление, по отсутствию карательной санкции и чрезвычайной волоките судебно-следственного аппарата, оставалось ненаказуемым»[2555].