И первым делом, в делах касавшихся России, заместитель госсекретаря Ф. Полк в июле 1919 г. «попросил (президента) отправить в Архангельск пять тысяч тонн муки… Полк считал продолжение помощи России не только моральным обязательством США. Он считал, что «с политической точки зрения явно неразумно позволить Северной России обратиться из-за голода в большевизм…»»[3185]. Архангельск в данном случае являлся только наглядным примером, где интервенты своих моральных обязательств так и не выполнили. Статистические обследования совершенно четко указывали, что голод разразился прежде всего «в местах разоренных гражданской войной и интервенцией. Здесь развертывались сражения, проходили линии фронтов…»[3186].

Интервенты полностью отдавали себе отчет в том, что голод является прямым следствием интервенции и гражданской войны. Этот факт констатировали, например, представители Лейбористской партии Великобритании, посетившие Советскую Россию в мае-июне 1920 г., «транспорт, который должен доставлять продовольствие из сельской местности в города, занят перевозкой продовольствия, снаряжения и людских масс на фронт. Паровозы, которые могли быть использованы, простаивают на рельсах из-за нехватки запасных частей для их ремонта… Цеха, предназначенные для производства инструментов, сельскохозяйственной техники, станков, выпускают винтовки, снаряды…», все это является «прямым результатом внешних вторжений и разжигания гражданской войны на территории России»[3187].

Голод, вызванный тяготами почти 7-ми летней непрерывной тотальной войны, был усугублен засухой 1921 г.: из 38 млн. десятин, засеянных в европейской России, урожай погиб полностью на 14 млн., так что продналога было собрано лишь 150 млн. пудов, вместо плановых–240 млн. Засуха была не редкостью для российских сельхозрайонов, которые в основном относятся к группе рискованного земледелия.

М. Салтыков-Щедрин в этой связи в 1881 г. приводил, поговорку русских крестьян: «в случае ежели бог дожжичка не пошлет, так нам, братцы, и помирать не в диковинку!»[3188] Особенность русского климата подчеркивалась и в докладе последнего VIII съезда Представителей Промышленности и Торговли (июль 1914 г.), в котором отмечалось, что урожай хлебов и технических культур в России «дает картину постоянных колебаний вверх и вниз, совершенно неизвестных в других странах»[3189].