Тем не менее, голод редко достигал критических значений, поскольку в урожайные годы крестьяне успевали накопить резервы зерна. Если же доходило до голода, то на помощь приходило правительство, как например, в 1906 и 1911 гг. В 1921 г. у большевиков не было резервов зерна, а само его производство за годы войн и революций сократилось более чем на 40 %, по сравнению с довоенным периодом. В этих условиях сильной засухи, оказалось достаточно для возникновения массового голода.
Несмотря на ожесточенную борьбу за хлеб, голодающим оказывалась хоть и ограниченная, но помощь. Одной из первых на голод откликнулась либеральная общественность, создав «Всероссийский комитет помощи голодающим». Однако Ленин выступил резко против этой затеи: «Предлагаю… распустить «Кукиш»[3190]…, — писал он членам Политбюро, — Прокоповича сегодня же арестовать по обвинению в противоправительственной речи… и продержать месяца три… Остальных членов «Кукиша» тотчас же, сегодня же, выслать из Москвы, разместив по одному в уездных городах, по возможности без железных дорог, под надзор… Газетам дадим директиву: завтра же начать на сотни ладов высмеивать «Кукишей». Баричи, белогвардейцы, хотели прокатиться за границу, не хотели ехать на места»[3191].
Помимо этой особенности «Всероссийского комитета…», один из его членов — В. Булгаков, указывал и на то, что «неожиданно деятельность комитета стала окрашиваться в политические, контрреволюционные тона. К тому же, перед массами «Прокукиш»… выступал в качестве «кормильца народа…»»[3192]. Здесь возникала прямая ассоциация с другой общественной организацией времен Первой мировой — «Земгором», который подавая себя спасителем отечества, на деле занял одно из ведущих мест в борьбе с царским правительством. Заслуги «Земгора» подчеркивал тот факт, что его руководитель кн. Г. Львов, стал первым главой Временного правительства.
Угроза возрождения идей «Земгора», подогревалась тем, что голод 1921 г. вновь радикализовал политическую ситуацию, и уже в феврале, почти за полгода образования «Прокукиша», появился приказ Ф. Дзержинского: «1) Немедленно арестовать всю анархиствующую, меньшевистскую и эсеровскую интеллигенцию, прежде всего тех, кто работает в комиссариатах сельского хозяйства и продовольствия; 2) После этого арестовать всех анархистов и меньшевиков, работающих на заводах и фабриках, способных призывать рабочих к стачкам или манифестациям»[3193].
В своем отказе от помощи общественности, большевики не были исключением, так же поступил во время голода 1911–1912 гг. и премьер-министр царского правительства В. Коковцов, который заявил, что по понятным причинам «общеземская организация не может быть допущена к борьбе с голодом»[3194]. Вопрос был не только в «большей стоимости услуг» земской организации, но и в том, отмечал представитель земской среды И. Бунин, что ««помощь голодающим» происходила у нас как то литературно, только из жажды лишний раз лягнуть правительство»[3195].