В Атланте нас принимал тот же наш стажёр Дэвид Голдберг. Он организовывал интересующие нас встречи с американцами. В то время в нашей стране одной из горячих тем стали сокращения в армии и проблемы приспособления кадровых офицеров к «мирной» жизни, причём в условиях перехода к рыночным отношениям, которые нашему народу были, по сути, неведомы. И нам было интересно узнать об опыте американцев. Ну, и заодно – посмотреть, как же живут простые солдаты.

Об этом в газете «Куранты» одиннадцатого февраля 1992 года был опубликован наш отчёт о посещении военной базы, история которой началась ещё в 1885 году. В Форте Макферсон размещалась Третья армия (скорее всего, только часть этой армии), которая была известна на весь мир своими боевыми действиями в районе Персидского залива (в 1990–1991 гг.), участием в операции «Буря в пустыне», устроенной американцами в ответ на агрессию Ирака против богатого, но практически безоружного Кувейта. В нашей стране уже была повержена коммунистическая система с её монополией на всю идеологию, а потому мы писали правдиво, без традиционного для нашей прессы антиамериканизма. Мы просто с любопытством узнавали и потом честно рассказали отечественным читателям о бытовом армейском опыте:

«Многое поражает в Америке советского человека. Но эмоции не аргумент. Особенно для самых стойких борцов за наш социалистический путь. Поэтому мы постараемся избегать эмоций, а будем говорить языком фактов и цифр. В том числе о частной жизни в американской армии После консультаций с Пентагоном нам разрешили посетить армию. Нас не интересовали ни оружие и его качество (не сомневаемся – оно, как и во всем, выше, чем у нас) и количество (а тут мы впереди планеты всей), ни боевой дух армии, ни идеологическая обработка военных для создания «образа врага». Нам просто хотелось узнать, как живут американские солдаты и офицеры. От чего, собственно говоря, и зависит боевой дух. А также узнать, как военные готовятся к гражданской жизни. И последнее для нас особенно важно, учитывая сокращения в нашей «непобедимой и легендарной». Что такое советская воинская часть – всем нам, даже не служившим, хорошо известно: это массивные ворота на въезде, гигантские заборы, километры колючей проволоки. В Форт Макферсон (Fort McPherson), что на окраине города Атланты и где размещается штаб 3-й армии, мы въехали, не увидев никаких заборов. Нет даже КПП?! Стоит на шоссе небольшой дом. Рядом грациозными жестами военный регулировщик пропускает довольно интенсивный поток своих машин – их легко определить по специальному пропуску на лобовом стекле. Нам, чужакам, он объяснил, откуда можно позвонить, разрешил развернуться за его спиной (а если бы мы вдруг помчались в глубь базы?). И после звонка сопровождавшего нас американского коллеги какому-то начальнику мы на «своей» же машине, безо всяких письменных пропусков и досмотра наших вещей проехали на почти не доступную прежде для советских журналистов территорию. Припарковав скромную «Мазду», мы пересели в шикарный «Бьюик», и офицер управления внешних связей этой армии привез нас к неказистому одноэтажному зданию, где в течение нескольких часов мы выведывали «секреты» боевого духа «потенциального противника». И вот какие секреты удалось выведать (за достоверность всех данных ответственность несет американская сторона). В армии США можно служить с 17 лет – но только с разрешения родителей. С 18 – можно решать самому (самой). В том числе и выбирать – то ли стать профессиональным военным до пенсии, то ли просто подработать. Минимальный срок найма – 8 лет. Но можно лишь 2 года провести в армейской части, остальное время – в резерве, где ты рискуешь только тем, что в случае экстремальной надобности тебя срочно призовут под ружье. Восемь недель – столько готовят любого новобранца к армейской жизни. Затем индивидуальная подготовка – от 4 недель до полутора лет в зависимости от будущей службы. Минимальная зарплата солдата – 697 долларов в месяц, не считая расходов на еду, форму, проживание в казарме, обучение и лечение. Только просим вас не пересчитывать в рубли по нынешнему валютному курсу – бессмысленная затея. По нашим наблюдениям, за два месяца солдат может заработать на войне приличный подержанный автомобиль. Если солдат женится, ему доплачивают, поскольку после этого он живет за пределами военного городка. Если он местный (хотя стараются так не делать – близость дома ослабляет дисциплину) и столуется дома, то ему платят на питание. Подъем – в 6.30. «Рабочий день» – с 9.00 до 17.00. Отслужив, можешь переодеться в гражданское и идти на все четыре стороны, заниматься, чем хочешь. Можешь повеселиться за бутылкой горячительного – это не наказуемо. Наиболее разумные пользуются отличной возможностью получить высшее образование. На этой военной базе – три колледжа. Почти на любой вкус. Срок обучения – от двух до четырех лет. В одном из колледжей можно получить степень магистра. Служи и учись. Этому не только не препятствуют, а, наоборот, способствуют. Случалось, брали с собой на длительные полевые учения преподавателей колледжа. Армия платит за обучение солдат в колледже. Но за каждый год обучения он должен отслужить по два года. Если учиться по другой, не связанной со службой профессией, оплачивают 75 процентов. Чтобы стать офицером, нужно иметь за плечами не менее четырех лет обучения в каком-либо колледже и окончить школу офицеров или школу резерва. Предварительная подготовка – 20 недель. Если же, еще будучи студентом, вы надумаете после выпуска посвятить себя военной службе, Пентагон возместит затраты на обучение. Взамен также надо отслужить по два года за каждый год колледжа. Минимальная зарплата офицера – 1444 доллара в месяц. У старшего лейтенанта (а им становятся обычно на четвертый год службы) – две – две с половиной тысячи. Кроме того, офицеру платят по 120 долларов в месяц на столовую, где цены ниже, чем в обычных точках питания. На семью он тоже получает. Офицеры, за исключением высших начальников, или снимают, или (те, что побогаче) покупают дом. Причем занимаются этим самостоятельно. Квартирмейстер лишь консультирует. Отпуска военнослужащие вольны проводить где угодно, в том числе и за границей. Хотя в недалеком прошлом порядки в чем-то были схожи с нашими: посещение соцстран «не рекомендовалось». Правда, нашим офицерам даже в Болгарию почти невозможно было попасть. Американские военные чаще всего получают более разностороннее образование, и, казалось бы, им не очень нужно задумываться о будущем. И все же в американской армии стараются помочь перейти на гражданку с наименьшими материальными и психологическими издержками. Не знаем, как в других американских частях США, но в этой недавно создан специальный координационный центр. Он готовится к сокращениям в войсках. За полгода до увольнения уточняют, как дела со здоровьем, с жильем, деньгами, мирной профессией. Специальные советники готовы проконсультировать. Причем в одинаковой степени и солдат, и офицеров, и вольнонаемных, и членов их семей. Пока немногие воспользовались услугами этого центра (и в основном члены семей военных). Но то, что он создан, показывает внимание к своим кадрам. Которые к тому же в отличие от наших более приспособлены к конкуренции, к выживанию в рыночных условиях. Для тех солдат, что будут получать профессию после демобилизации, дают «солдатский чек» – 10800 долларов. Специально для обучения. Нас познакомили с двумя демобилизующимися. Леонард – подполковник, черный, родом из Флориды. Скоро выходит на пенсию. Служил в восьми местах, в том числе за границей: в Германии, Вьетнаме, Южной Корее, на Гавайских островах. Жалеет ли, что выбрал профессию военного? Нисколько! Выбрал он ее сознательно, по принципиальным соображениям. Учитывал, что будет при деньгах, что попутешествует по белу свету, что рано выйдет на пенсию. Все так и случилось. В свои 46 лет он в отличной физической форме, обеспечен (имеет дом) и готов к активной гражданской жизни. Покинув армию после 25 лет службы, Леонард будет получать пенсию 32 тысячи долларов. Это 60 процентов его базового оклада, или 37 процентов всего дохода. Специалист по биологическим и химическим методам ведения войны, он станет заниматься проблемой человеческих ресурсов (это не только занятость). К новой работе уже подготовился. А солдата зовут Синди. Это – красивая, стройная женщина. И она не единственная здесь представительница прекрасного пола. Синди родом из Калифорнии. Ей тридцать. Прослужив пять лет, она вынуждена демобилизоваться, так как у ее мужа очень хорошая работа и он, боясь потерять место, не хочет колесить за женой-солдатом. А это у них, видимо, правило такое – служить в разных местах. Муж сказал категорически: «Армия меня ночью не согреет…» Синди уже не просто солдат, а «специалист». Это нечто среднее между рядовым и сержантом. Вот ее бюджет. Базовый месячный оклад – 1124 доллара. Плюс 300 долларов – квартирные (она ведь живет с мужем не в казарме). Плюс 133 – за коммунальные услуги. По 6,5 доллара в день – на еду. Кстати, столовая здесь одна и для солдат, и для офицеров. Тяжело ли ей физически? Есть ли скидка на то, что она женщина? Никаких скидок! Все, как у мужчин. Те же нагрузки, тот же режим, те же обязанности по службе… Для армии все равно – мужчина ты или женщина. И Синди, как и все, один уик-энд в месяц и две недели в году специально занимается физическими упражнениями, стрельбой, на тактических учениях. Демобилизовавшись, Синди не покинет Форт Макферсон. Она будет служить здесь же вольнонаемной. По финансовой части. К этому она подготовлена в армии. Так в чем тогда для нее и для многих других разница – быть профессиональным военным или вольнонаемным? Вольнонаемных-то вроде бы не станут мучить муштрой, посылать на полевые занятия, передислоцировать невесть куда. Нам показалось, что тут играют роль два основных фактора. Первый – доход: все-таки есть доплаты к окладу и главное – ниже налоги. На пенсию выходят гораздо раньше. Второй – патриотизм. Да, это почти забытое у нас сейчас слово мы не раз слышали из уст американцев. Они надевают военную форму и из патриотических соображений. Когда мы вернемся к этому?.. Мы не хотим рисовать исключительно розовый портрет Америки и ее армии. Тут своих проблем предостаточно (и СПИД, и наркотики…). Но мы рассказываем о достижениях другой страны, чтобы яснее было видно, в какой средневековой яме мы находимся. В нашей сверхмилитаризованной стране практически каждый здоровый мужчина, если не родственник высокопоставленных чиновников, хоть сколько-нибудь служил в армии и может сравнивать условия жизни. Когда мы сообщили, что советским солдатам платят больше, чем прежде, и это составляет в месяц аж полдоллара, то наши собеседники долго не могли понять, в чем смысл «шутки». Или перевод был ненормальным?.. Жизнь наша ненормальная. Потому-то ее никто со стороны, из нормального, цивилизованного мира, никак понять не может. Мы и сами все меньше и меньше понимаем ее и то, почему столько лет терпели эту ненормальность да еще выдавали за мировое достижение. Прежде чем покинуть Форт Макферсон, мы заглянули в казарму. Ну, у них после наших казарменных просторов – теснота. У нас – это же целый спортзал. А у них – конура метров 12–15. Правда, у нас – на десятки и сотни человек, а там – на двух солдат или на одного сержанта. И их «конура» похожа по обстановке и уютному интерьеру на домашнее жилье, а наши «спортзалы» – извините, доблестные маршалы и генералы, – на свинарники. А возле казарм – длинные ряды частных машин. Солдатских и сержантских. Похоже, плох тот солдат, который не имеет своей «тачки». Вот так и живут американские военные-профессионалы. Смотреть на это с высоты всех наших «героических побед» тошно…»