Что сказать о картинах? В привычном понимании они беспредметны и сугубо символичны. Взять хотя бы цикл «Сотворение мира» из тринадцати картин. Обратите внимание на число!

Первая картина в синевато-голубых тонах, совсем темных по краям, а в центре – светящееся пятно. Ядро? Солнце? Взрыв во Вселенной? Музыка, близкая к скрябинской, призвана подчеркивать величие и значимость написанного. Или написанным усилить значимость звучания?!

На следующих четырех картинах цвета бледнеют. Особенно выразительна из них та, где небо соприкасается с водной гладью. Вроде бы полная реальность, но в небе четыре луны, две ярких и две меркнущих. Далее вселенская заданность в вертикальных линиях сменяется какой-то невнятной растительностью, тянущейся вверх. Цветовая гамма из голубовато-серебристой становится зеленоватой, затем коричневатой, в конце желто-солнечной.

Для меня, выросшего на сугубо реалистичной русской живописи, для меня, воспринимавшего абстракционизм как слово ругательное, впечатление от увиденного двоилось. С одной стороны – отторжение нереального, с другой – завораживающее ощущение чего-то не познанного еще, но близкого по сути. Кто же этот маг?

Отец в юности научился игре на органе, чем и зарабатывал на жизнь. Мать – немка, рано осталась без отца и жила бедно. Работая в графской семье, научилась читать, хорошо владела немецким, польским, литовским языками, знала множество песен, сказок, легенд. 22 сентября 1875 у них родился мальчик, названный двойным именем. Сестра Ядвига вспоминала, что первое имя Микалоюс в семье не употреблялось, брата все звали Константом, но общественности до 1955 года он был известен как Николай Константинович Чурлянис.

Три года спустя после рождения сына семья перебралась в Друскининкай. Отец служил органистом в костеле, мать вела хозяйство и растила детей: у Константа было пять младших братьев и четыре сестры. Над всеми царствовала природа: стройные сосны, разноцветные луга, голубые озёра, в центре – овеянный легендами и сказаниями Неман. Дивная природа в сочетании со сказками и песнями матери оставила неизгладимый след.

А еще была музыка, которой он учился у отца. В семь лет познал ноты, играл с листа, но перспектив никаких. В десять успешно окончил народное училище. Продолжить учение следовало в гродненской гимназии, но содержать его вдали от дома родители не могли, и еще целых три года Констант провел, ничем, кроме музыки, не занимаясь.

В те годы маленькая деревушка Друскининкай стала модным курортом, и в доме местного органиста часто собирались приезжие любители музыки. Они с интересом слушали игру маленького "вундеркинда" и рекомендовали его Михаилу Огинскому, внуку автора знаменитого полонеза «Прощание с Родиной». В поместье Огинского тринадцатилетний Чюрленис четыре года учился игре на флейте и делал робкие шаги в сочинении музыки. Князь взялся оплатить дальнейшее его образование, что позволило Чюрлёнису поступить в Варшавский музыкальный институт, а по его окончании ещё два года провести в Лейпцигской консерватории. Первые его произведения – небольшие пьесы для фортепиано – исполнялись им в узком кругу. В 1899 году ему, с отличием окончившему институт, предложили должность директора музыкальной школы в Люблине. Он отказался, ибо задумал первое большое сочинение – симфоническую поэму "В лесу", с которой начинается литовская профессиональная музыка.