Образец ткани был подготовлен, и Анатолий Томилов снова обратился к американским инспекторам, чтобы узнать, смогут ли они вручную доставить образец обратно в США и проследить, чтобы он был передан доктору Мауреру. Джон Сарториус был дежурным офицером в то время, и он переадресовал запрос полковнику Коннеллу, который вернулся в Вашингтон, округ Колумбия. Коннелл, посоветовавшись с генералом Ладжуа и Эдом Пабстом, попросил проконсультироваться с посольством США, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Если посольство одобрит, то Коннелл предпочел бы, чтобы это стало акцией посольства.

Посольство одобрило просьбу о помощи, но возложило ответственность за действия на OSIA. Я должен был вылететь из Воткинска 31 октября 1989 года и как таковой был назначен почтальоном ткани Ораковой.

Во время ожидания посадки на рейс в аэропорту Ижевска ко мне подошли доктор Исаев и четверо его коллег, которые вручили мне пакет, содержащий гистологические образцы опухолевой ткани, завернутые в парафин и марлю, вместе с письмом доктора Исаева доктору Мауреру, подтверждающим советский диагноз рабдомиосаркомы.

Врачей сопровождал пятый мужчина, который казался очень взволнованным. Это был отец Ольги, Владимир. Когда я принял посылку, он сразу же подошел ко мне и обнял, горячо поблагодарив. Я сделал все возможное, чтобы сказать ему, что все будет просто отлично.

6 ноября я поехал в Ричмонд, штат Вирджиния, где доставил образцы тканей и письмо доктору Мауреру, тот передал материалы доктору Солу, который провел анализ, используя слайды, предоставленные советскими врачами, а также слайды, сделанные им с использованием ткани из предоставленного образца. Он пришел к выводу, что Ольга страдала от доброкачественного поражения, известного как репаративная гигантоклеточная гранулема, а не рабдомиосаркома.

Доктор Сол сообщил этот диагноз доктору Мауреру, который, в свою очередь, написал письмо доктору Исаеву в Ижевск, переслав результаты доктора Сола. «Я предлагаю вам прекратить химиотерапию, — написал доктор Маурер. — Лечение этой гранулемы заключается в выскабливании. Я рад, что это доброкачественное поражение, — заключил доктор Маурер. — У Ольги все будет хорошо».

Доктор Исаев ответил, что советские врачи прекратят лечение Ольги химиотерапией, но спросил, могут ли они получить письменное подтверждение выводов доктора Сола вместе со слайдами, которые использовались в его анализе. Я обратился с этой просьбой к доктору Мауреру, и он отправил запрошенные материалы в штаб-квартиру OSIA. К сожалению, материал прибыл слишком поздно, чтобы его можно было отправить с входящей ротацией в Воткинск 19 ноября. Вместо этого материал был передан команде Вурцбургера, которая должна была отправиться в Москву 4 декабря для проведения инспекции по ликвидации. Команда Вурцбургера передала материалы советским офицерам из Центра по уменьшению ядерной опасности, которые, в свою очередь, передали их в ACIU при посольстве США. 5 декабря материалы по Ораковой были переданы ACIU инспекторам Воткинска, проводившим еженедельную поездку по связям, которые, в свою очередь, передали материалы в отдел 162, который в тот же день доставил их доктору Исаеву.