Я не ошибся в Потанине, он откликнулся на просьбу Распутина и выделил значительную сумму на строительство храма. Нужен был банковский счет, куда перевести деньги.

Распутин прислал мне письмо:

«Дорогой Анатолий Николаевич!

Счет отправляю и низко кланяюсь за содействие и поддержку. Мои попытки добиться чего-то в РУСАЛе и Сиб. – Уральской алюминиевой компании ни к чему не привели. Оно, с одной стороны, и приятно, что гиганты наши стоят скалой и не клюют на имена, а с другой – и обидно, что не удастся мне поставить за них свечку.

Адрес строящейся церкви: с. Усть-Уда Иркутской области. То, что в банковских реквизитах стоит другое название, ничего не значит, и ошибки тут нет.

Мой телефон в Иркутске: 8-395-2-33-00-63.

Сын – Сергей. Жена – Светлана.

Всего Вам хорошего!

Ваш В. Распутин».

В конверт был вложен расчетный счет местной православной религиозной организации прихода Богоявленского… Банк получателя – Байкальский банк СБ РФ.

Спустя неделю, когда деньги отзывчивого олигарха ушли в Иркутск, Валентин Григорьевич подарил мне свою книгу с удивительно трогательной надписью:

«Защитнику Руси Анатолию Николаевичу Грешневикову с любовью и благодарностью, да еще и дружески. В. Распутин. Март 2005 год».

В письме Василий Белов хвалит стихотворение поэта Сергея Хомутова, которое он написал после нашего с ним посещения Тимонихи.

Оно по-философски глубоко и содержательно.

Прочитав это стихотворение, я задумался над словами Белова: «Я бы эти стихи немного подсократил». Вначале мне хотелось согласиться с писателем, что сокращение текста сделало бы произведение динамичным. Я прочел его заново, не торопясь, вникая в знакомые образы, переживая с автором ту встречу с Тимонихой, которая давно вкралась в сердце навечно… И понял, нет, пожалуй, с Беловым я не соглашусь. Что в стихотворении можно сократить, какая мысль не к месту?… Беру карандаш и пытаюсь избавиться от одного абзаца, от другого и тотчас понимаю, как теряется смысл, мне не хватает той пронзительной любви поэта к деревне, родившей Белова, и меня неуклонно тянет, как и автора, в оптимистический путь, обозначенный словами «Земля не иссякнет», «Я верю, что все же остался живительный слой». Да, громоздко стихотворение, также, как у Рубцова «Я буду скакать по холмам задремавшей Отчизны», но предать его сокращению, значит, отказаться от печали по родной земле и перестать верить, что «земля не иссякнет».

Так что есть динамика в стихотворении Хомутова, есть, и оно не могло не понравиться Белову.

В газете «Завтра» появилась подборка стихов Василия Ивановича. Так как он давно их не писал, то я был весьма удивлен. А большое стихотворение «Братья Якшичи», претендующее по размаху событий на поэму и посвященное войне в Сербии, вообще открывало в авторе и новый творческий взлет, и неиссякающий боевый патриотический дух. Я осторожно поинтересовался у Белова, действительно ли он автор столь роскошной подборки стихов. И получил ответ – да, он перевел эти стихи с сербского языка.