Насколько верно, в общем, поставлена вторая часть вопроса, настолько же лживо и надуманно сформулирована первая. Вот почему.

«Мутант» – это тот, кого раньше не было, кто является извращением естественного органического строя и развития жизни. «Реакционер» – это тот, кто идёт против воли народа, независимо от того, в чём эта воля состоит. Настоящий же монархист не может быть ни тем, ни другим.

Действительно, традиционным строем практически всех народов была именно монархия. При этом принцип единовластия замечательно и органично сочетался с «националдемократией» – то есть с широким местным самоуправлением, с настоящим и эффективным народным представительством в центральной власти и т. д. К сожалению, впоследствии на Руси стали бросаться в крайности – либо шарахаться в сторону восточной деспотии, как это было при Иване Грозном, Петре I и т. д., либо, напротив, в сторону либерального безвластия и дряблости, как это было в 1917‐м и 1991 годах.

Антимонархические же структуры, то есть «республики» всех видов, действительно заслуживают звания реакционных, именно потому, что они плевать хотели на волю народа и пытаются всяческими способами свести значение народного волеизъявления к нулю. Выборы по партийным спискам, показная борьба фракций в парламентах, постепенное стирание действительных различий между партиями при строгом предвыборном «фейс-контроле»– всё это позволяет не считаться с волей народа. Более того, жёстко подавлять её силой при малейших признаках активного неприятия, как это было во Франции в 1793 году и в России в 1993 году.

Теперь перейдём к практической апологии монархизма. То есть рассмотрим аргументы против монархизма, которые чаще всего высказываются его противниками, а затем сформулируем аргументы в пользу монархизма, которые очевидны всякому образованному человеку, независимо от его вероисповедания (да, это важно, раз уж авторы вопроса увязали монархизм с Православием).

Итак, аргументы «против»: «превратности рождения», «дороговизна Царя и двора», «придворные интриги», «деспотия и произвол».

«Превратности рождения». Начнём с того, что в большинстве эффективных монархий существует механизм, позволяющий как-то это компенсировать. «Лобовой» вариант заключается в ограничении полномочий монарха, как это сделали англичане в Великой хартии вольностей. Начали, правда, с «вольностей», а закончили мусульманскими кварталами по всей стране и неграми в Палате лордов. Так что англичане нам не указ.

Вместо этого лучше постараться свести влияние «превратностей рождения» к минимуму. В России, собственно, так и было – будущего Царя с младенчества готовили к его работе. Он получал первоклассное образование, изучал страну, её народ, её быт и проблемы. В крайнем случае, если монарх оказывался совсем уж неподходящим, он мог отречься в пользу кого-либо из родственников. С Николаем II, собственно, и случились обе трагические накладки одновременно – из-за внезапной и ранней смерти своего отца, Императора Александра III, он так и не успел по настоящему подготовиться к государственным делам, а его родственники, в чью пользу он мог бы отречься, оказались либо несовершеннолетними и больными (царевич Алексей), либо безвольными и легкомысленными (великий князь Михаил Александрович). Поэтому тысячелетняя монархия рухнула, и на будущее это обязательно надо учесть.