«Дороговизна Царя и двора», «придворные интриги». Помнится, Ельцин начал свою публичную карьеру (и наварил на этом пункте немало очков) именно с «борьбы против привилегий». Потом, придя к власти, он и его окружение установили себе такие неслыханные привилегии, что на их фоне те функционеры КПСС, против которых он некогда боролся, оказались суровыми нищими аскетами. То же самое и с «интригами» – сейчас их не меньше, а много больше, чем было даже при последнем Царе. Об этом надо помнить и держать в уме.

Хотя, безусловно, грядущему Царю и его сторонникам надлежит быть скромными там, где это действительно необходимо. Возможно, оптимальным решением станет отказ всех государственных служащих от личной собственности и установление им минимально необходимых для несения службы привилегий. Престиж государственной службы при Царе должен быть идейный, но никак не материальный.

«Деспотия и произвол». Как уже было указано выше, деспотия и произвол являются не естественным состоянием русской монархии, а отклонением от её природного пути. Настоящая русская монархия включает в себя широчайшее самоуправление, работающее народное представительство при Царе, короче говоря – оставляет во власти Царя только то, что действительно необходимо: военное дело, стратегические отрасли промышленности и так далее. Идеология «среднего пути» и «возвращения к истокам» была замечательно озвучена в своё время А. К. Толстым в поэме «Поток-богатырь».

Добавим, что царские жандармы не устраивали тогдашним «несогласным» пытку типа «слоник» и не разгоняли с кровопролитием разрешённые публичные мероприятия. Кстати, приснопамятное «кровавое воскресенье» было именно попыткой «оранжевой революции» – вожаки манифестантов имели наглость выдвигать Царю ультиматумы (!), требуя выйти к народу и угрожая в противном случае всяческими карами. На этом тему «деспотизма и произвола», наверное, тоже можно закрывать.

Аргументы же в пользу монархии куда более основательны, чем против неё. Перечислим основные из них: иммунитет от возобладавшей за последние десятилетия идейной беспринципности и безнравственности власти, консолидирующая роль монарха как объединителя всех сословий и классов в единую нацию, его значение как посредника и миротворца, стоящего над схваткой, особенно важное в кризисные моменты общественно-политической жизни, наконец, возможность достичь подлинной стабильности и преемственности власти без мучительных перетрясок, передержек и подтасовок каждые четыре года.