Я молча слушал его, лишь изредка задавая вопросы, которые могли бы помочь мне представить истинное положение на границе:

– Генерала Пузырева не видели?

– Встречал. Управление его сегодня на рассвете переместилось из Бреста в Высокое. Шоссейная дорога туда прекрасная, и я поехал посмотреть, хорошо ли устроился комендант. Нашел его у командира сорок девятой стрелковой дивизии. Пузырев доложил, что к нему пришли три специальных батальона из Мозырского укрепрайона, и он разместил их на Семятическом, Волчинском и Брестском участках. С батальонами налажена проволочная связь. Каждый из батальонных участков имеет четыре—шесть готовых дотов с вооружением и гарнизонами. Доты между собой и с войсками еще не связаны».

Кстати, из этого отрывка следует, что 6-я и 42-я дивизии на свои позиции все-таки не выходили.

Итак, получив указания о подготовке к показным учениям, с утра 21 июня командующий армией, его начальник штаба и член Военного совета (о нем я чуть забежал вперед) сразу уехали в войска. Начальник штаба первым делом проверил готовность полевого командного пункта в Буховичах, затем посетил полки 10-й авиационной и 30-й танковой дивизий. Это все, в общем-то, тыл или второй эшелон армии. Но вот командующий, который имел вроде только одну задачу – ехать на полигон и готовить там показные учения, отправился в части прикрытия границы.

Начал он с Бреста, и там с командирами частей и дивизий у него вышел какой-то напряженный разговор, чуть ли не конфликт, когда обеспокоенные командиры, пытавшиеся втолковать Коробкову опасность обстановки, остались сильно недовольными. Далее, именно в это утро управление Брестского укрепрайона покинуло Брест и переехало в центр своего боевого участка! (По другим сведениям, оно отправилось в Высокое еще в ночь на 21-е. Но, видимо, пока собирались и выступали, подошел рассвет.)

Но еще более любопытные сведения Сандалов сообщил о 49-й стрелковой дивизии, подчинявшей непосредственно командующему армией:

«– Командир сорок девятой дивизии доносил, что у него на оборонительных работах занято по два батальона от каждого полка. – Верно, по два, – подтвердил Коробков. – Два стрелковых полка дивизии целиком размещаются у границы на правом фланге армии, а один остался вместе со штабом дивизии в Высоком. Артиллерийские полки с Брестского полигона вернулись в дивизию. Командир дивизии утверждает, что на том берегу в окопах сидят немецкие части. Сегодня в район Высокого залетели немецкие самолеты, которые, по его мнению, безусловно, обнаружили перебазировавшийся сюда утром наш штурмовой авиационный полк. Полковник Васильев считает, что немцы накапливают силы для нападения, и прямо спросил меня, почему мы не принимаем никаких мер. – Прижал он вас к стенке, – сочувственно заметил я. – Действительно, прижал, – признался Коробков. – А что я мог ответить ему?.. Посоветовал еще раз внимательно прочитать Заявление ТАСС».